– Есть один, – заметила она. – Еще тринадцать лет назад, когда мы нашли специалиста, согласившегося провести эту операцию, он предупредил, что не несет ответственности за сам имплант. Конечно, я первым делом обратилась к нему, но он отказался помогать.
– Я знаю, о ком вы говорите. И правильно делаете, что не называете имени. – В голосе доктора послышалось напряжение. – Его репутация сильно испорчена, что ужасно при его опыте и квалификации! Так почему бы вам не обратиться к Тайгину?
– Видите ли, доктор, – произнесла Элоиза слабым голосом. – У милиции есть веские основания подозревать, что именно Тайгин напал на моего сына.
Доктор издал странный возглас, в котором смешались и неверие, и удивление.
– Все так, – сказала Элоиза, предупреждая дальнейшие расспросы. – Его уже арестовали. Мой сын ездил тем вечером в Междустенье, а этот злодей его выследил. Я столько раз предупреждала Каспера, что в таком районе делать нечего! Но подростков вечно тянет на приключения.
Лиси нахмурилась, в голове закрутились шестеренки. Как раз в тот вечер они с Касом должны были встретиться в офис-центре. Но Тайгин оставался в школе, когда Лиси садилась на последний поезд в том направлении. Если бы профессор и сумел оказаться в Междустенье, то только при условии, что в его подземной лаборатории был припрятан телепорт[3].
– Зачем же он так поступил? Какой был мотив? – недоумевал доктор.
– Не знаю! Между ними случился какой-то конфликт. События на первый взгляд пустяковые, но Система маркировала их как потенциально опасные. Я, конечно, знакома с главным следователем. Она воспользовалась своим правом на проверку решения Системы и отложила вынесение приговора. Пока никто не знает, чего можно ожидать от Тайгина. И я не подпущу его к своему сыну.
– Тогда остается первый вариант – найти производителя. Поднимите все детали той покупки. Полагаю, вы отыскали продавца в даркнете? Много лет прошло, не думаю, что вам выдвинут обвинение за подключение к незаконным сетевым ресурсам.
– Это неважно, доктор. Я жизнь и свободу готова отдать, лишь бы его вернуть.
«Конечно! – Гнев резко пронзил тело Лиси, она содрогнулась, чуть не задев дверь. – Все готова отдать за жизнь Каса, но просить помощи у неблагонадежного не станешь!»
– Сколько у нас времени? – Голос Элоизы дрожал.
– Мало, как ни прискорбно. Имплантат больше не поддерживает работу полушария, возможно, это и спровоцировало кому. Кома, сами понимаете, не способствует улучшению когнитивных навыков. Чем дольше ваш сын находится в таком состоянии, тем быстрее его разум угасает.
Они долго молчали. Лиси, таящаяся за дверью, дышала судорожно, стараясь попадать в такт шелесту компрессора.
– Эти стервятники утверждают, что Каспер хорошо учился только благодаря импланту. Это не так.
Каспер был бы умен и без него, – сказала, наконец, Элоиза. – Он стремился к знаниям. Если он очнется совсем не тем, кем был, его сердце разобьется.
– Мы будем надеяться на лучшее.
Элоиза вышла из палаты. За ней и доктор. По тонкому звону фарфора Лиси поняла, что он унес чашку с отпечатком помады.
Лиси не покинула своего укрытия: стоило дождаться, когда Элоиза уедет из больницы, чтобы случайно не столкнуться в коридоре или у выхода. Лиси стояла словно в оцепенении, а шестеренки продолжали крутиться.
Элоиза ни за что не подпустит Тайгина к сыну. Если кому-то получится ее переубедить, то этот человек будет достоин сотни премий Морозова, баснословных денег, высшего социального балла, домика на берегу океана в Розанде и вечной жизни, наверное.
Но пока такого героя не нашлось, единственный способ убедить Элоизу – это снять все подозрения с Тайгина.
Эта мысль будто громом ее поразила.
В коридоре послышались быстрые уверенные шаги. Лиси не успела стряхнуть с себя оцепенение, когда к палате подошли. Вошедший потянул за ручку двери, лишая Лиси укрытия, страх на мгновение окутал ее, но тут же сменился удивлением.
– Элоиза проверяет всех посетителей Каспера. Какой смысл прятаться? – спросил темноволосый офицер, поджимая губы. Лиси его знала: он работал с Фуфырей. И складывалось ощущение, что он ожидал увидеть Лиси за дверью.
– Смирнов? – Она кое-как выудила фамилию из памяти. – Что вы здесь делаете?
– Как ни странно, ищу тебя. Есть разговор.
Выглянув в коридор, он закрыл дверь в палату. Лиси понятия не имела, что ему понадобилось. И решила не упускать шанса выразить свое негодование.
– Может, объясните, почему мои показания не приняты? – Она скрестила руки на груди. – Меня допрашивали несколько часов подряд и все впустую? Элоиза сказала, что Тайгин до сих пор под следствием!
Смирнов опешил от такого напора.
– Да, Тайгин остается под следствием. И да, твои показания не приняты, – сказал он, поникнув. – Видишь ли, верить тебе на слово Система не станет – твоя болезнь нередко предполагает галлюцинации. А устные показания не подтверждаются видеозаписями со школьных камер.
– Но это… невозможно!
– Как раз поэтому я и хотел поговорить с тобой. «Лучшие роботические решения» могут, скажем, проверить, не потер ли кто данные на защищенных серверах?
