Наконец, я добрался до финиша этого своеобразного «забега». Нежно прикоснувшись губами к её лону, я услышал сдавленный, но более громкий, чем раньше, вздох-стон. Чуть приподняв голову, я встретился со взглядом любимой, который чуть ли не умолял меня продолжить свои действия. Что ж, не буду разочаровывать её…
Устроившись поудобней, я зафиксировал руками не вполне сейчас послушные своей хозяйке бёдра. Затем снова поцеловал сокровенное место и проник в него языком. При этом любимая издала звук, в котором явно угадывалось удивление… но он быстро сменился недвусмысленным протяжным стоном.
Вкус и аромат её возбуждения были просто непередаваемыми! У меня аж скулы сводило от удовольствия! Моя вкусная девочка… Вдруг пришла странная мысль: если бы этот нектар мог заменить кровь — я тот час же полностью перешёл бы на него, не раздумывая ни секунды! Тем более, что процесс такого… кхм… кормления был бы приятен не мне одному…
Всё более откровенные стоны любимой были, кажется, прекраснейшими звуками, слышанными мной — выманивать их из уст Изабеллы было истинным наслаждением! Через время я почувствовал, что она уже почти на пике. Ещё немного моей ласки — и Белла вскрикнула, выгнувшись дугой, после чего упала назад, тяжело дыша и мелко подрагивая.
— Это же был… оргазм? — прошептала любимая.
— Он самый, — подтвердил я, немного приподняв голову.
— Так… хорошо… — прозвучал её тихий ответ. Я не без самодовольства улыбнулся и ещё раз поцеловал её в нижние губы прежде, чем перейти к верхним. Ответные движения Беллы были вначале чуть вялыми, но постепенно эта вялость уступала место энтузиазму.
Наконец, я решил перейти к главному. Честно говоря, меня совсем не радовало, что сейчас придётся причинить моей девочке боль… но, с другой стороны, эту боль лучше причиню именно я, чем кто-либо другой. Я отстранился, чтобы иметь возможность видеть её реакцию, и, стараясь действовать как можно аккуратней, начал медленно входить в неё. Карие глаза широко распахнулись, в них отражалась смесь удивления (видимо, незнакомым ощущениям) и желания, страха я не заметил. Продолжая проникновение и всё ожидая упереться в преграду, я внезапно понял, про полностью вошёл в неё. Плевы не было! Я уже почти не соображал от возбуждения, но, тем не менее, был уверен, что Белла не врала, говоря, что это будет её первый раз. Все её реакции на мои действия красноречиво говорили об этом — у меня достаточно опыта, чтобы понимать такие вещи. Да и смысл ей врать? Сейчас не те нравы, чтобы стыдиться этого, скорее даже наоборот. Но почему тогда нет…
Нетерпеливое движение бёдер Изабеллы вышибло эти мысли из моей головы. Уверен, этому есть своё объяснение, а сейчас…
Я стал двигаться внутри неё, рыча от ощущения жара и тесноты моей девочки, время от времени заглушая её стоны глубокими поцелуями. Когда её спинка в очередной раз выгнулась, я просунул руку под ней и ещё тесней прижал Беллу к себе, второй опёршись чуть выше её головы. Любимая откинула голову назад, и я, не удержавшись, припал к открывшейся шее. В этот раз ни малейшего непринятия с её стороны не чувствовалось, так что я стал действовать несколько смелее, слегка прихватывая ароматную кожу губами, после чего полизывал.
Постепенно я всё ускорял движения, и, наконец, почувствовал, что Изабелла почти готова испытать удовольствие во второй раз. Ещё несколько толчков…
— Джеймс! — выкрикнула моя девочка, впившись пальчиками в мои плечи с такой силой, что я издал нечто среднее между охом и рыком. Это, а также сокращение её внутренних мышц, в совокупности оказалось стимуляцией, которую я уже выдержать не мог. Горячая волна прокатилась от паха во все уголки тела, заставив каждую мышцу напрячься, после чего полностью расслабиться, оставляя в голове приятную пустоту.
Я просто упал на кровать, накрыв Беллу собой. Вряд ли ей это доставил какой-то дискомфорт — она слишком сильная, чтобы мой вес был для неё чем-то неприятным… а даже если я ошибаюсь, для любимой не будет проблемой меня сбросить. Вот только делать она этого она явно не собиралась — её ладошки чуть поглаживали мою спину. Похоже, это положение устраивало нас обоих.
Через время я приподнялся и чуть переместился, чтобы моё лицо оказалось напротив её. В шоколадных глазах и улыбке было столько любви и нежности, что у меня перехватило дыхание. Хорошо, что дышать мне не нужно…
Внезапно улыбка пропала, а выражение глаз сменилось на беспокойное.
— Что такое? — спросил я.
— Я… я внезапно поняла, что… не было кое-чего, что по идее должно было быть… ну, когда ты… — запинаясь, попыталась объяснить Белла. Я кивнул. — Ты же не думаешь, что я соврала? О том, что это было для меня впервые?
Я просто поцеловал её, после чего отстранился и заверил: — Я верю тебе. Мне отлично известна разница между поведением неопытной и опытной женщины. И ты точно относишься к первым… ну, точнее, относилась, — улыбнулся я. — И ещё, я же люблю тебя, а значит, должен доверять.
