— А знаешь… — протянула моя девочка, склонив голову чуть набок, и на её лицо медленно выползла такая же лукавая, как и взгляд, улыбка. — Я не буду терпеть… — её ладошки легли мне на грудь, будто она хотела меня оттолкнуть… вот только делать этого, кажется, не собиралась. — А буду наслаждаться! — и, поднявшись на цыпочках, быстро чмокнула меня в губы. Ну и отлично! Впрочем, если ей надоест такое моё поведение — я легко перестану. Мне не трудно. Лишь бы Белле было со мной комфортно.
Что интересно, сексуальный опыт с Беллой для меня был совершенно не похож ни на что, испытанное мной ранее (хотя с Ней для меня всё было новым, так или иначе). Никогда ещё я не получал такого удовольствия от прелюдии, просто даря ласку женщине. Да я вообще был к этому не склонен, хотя и знал, как доставлять удовольствие. Но мне редко этого хотелось, почти никогда. Я просто брал то, что хотел. А поскольку большинство из них были, разумеется, человечками, особых усилий для их соблазнения и не нужно было — человеку перед вампиром устоять почти нереально, особенно, когда последний этого хочет. А порой я случайно или специально даже доставлял им боль. Всё равно все они в итоге становились едой. Сейчас даже вспоминать противно… Вампирш же у меня было не так уж и много, и в основном они тоже были целями моих игр. Виктория, по большому счёту, являлась единственным исключением. Что уж говорить, мы с ней были очень похожи. Два бескомпромиссных доминанта. Как мы умудрились пробыть столетие вместе и не убить друг друга, понятия не имею. Наш секс был похож на борьбу двух диких зверей — с рычанием, царапаньем, тычками и укусами (правда, без яда, иначе бы мы были с ног до головы в шрамах от зубов друг друга). Порой я или она, под настроение, могли уступить друг другу, но в основном так. Тем не менее, могу с уверенностью сказать, что это нравилось и мне, и ей.
С Изабеллой всё было совершенно иначе. В первую очередь я хотел доставить удовольствие ей, а уж потом — себе. И нежным с ней я был не потому, что в этом была какая-то необходимость — мне просто так хотелось. Это даже было, можно сказать, потребностью — касаться любимой так, чтобы её тело не твердело под моими губами и руками, а оставалось по-человечески мягким. Возможно даже, что дело было в рефлексах — я далеко не всегда хотел доставлять боль человечкам, иногда мне нравилось полностью усыпить их природный страх, а потом внезапно изменить своё поведение. Так что я умел обращаться с ними так, чтобы не сломать случайно раньше времени. Делать больно Белле у меня, естественно, и в мыслях не было, а умом я понимал, что, даже не сдерживая себя так сильно, и не смогу этого сделать, но… рефлексы воспринимали её, такую тёплую и мягкую, уязвимым человеком. По крайней мере, поначалу. А потом — по-другому просто и не хотелось.
Сама же Белла… Первые несколько раз были чем-то вроде обучающего курса. Не то, чтобы Изабелла была совсем невежественна в этом смысле, наоборот — она была любопытна от природы, так что много чего об этом читала… и не только. Но никакие материалы не заменят личного опыта, да и мы не были людьми, к тому же, представителями разных видов, что вносило в процесс свои коррективы. А вот чуть поздней, когда мы слегка… хм… приноровились друг к другу… у любимой включилась фантазия. Даже не знаю, как это и описать. Каждый раз она придумывала что-то новое. И в позициях, и в местах. Как вам, к примеру, секс на крыше дома в безлунную ночь (чтоб любопытные не увидели)? Или в лесу, вися на ветке дерева (причём, я висел на ветке, а Изабелла, в свою очередь, на мне)? Или на дне кристально-чистого горного озера, прихваченного льдом (да, как оказалось, Белла способна не дышать очень долго, используя свою энергию для синтеза всего необходимого прямо внутри организма)?.. Честное слово, я никогда не знал, что моей девочке придёт в голову в следующий раз! Когда на её лицо выползла хитрая улыбка, а глаза чуть прищуривались с непередаваемо хитрым же выражением — всё внутри меня замирало в предвкушении…
