Во время обеда она много думала о том, что подпоручик любит ее искренне и горячо. В письме Иван молил девушку о встрече или хотя бы об ответном письме. Уже в своей комнате девушка напряженно думала и размышляла о своем нынешнем невыносимом положении. Как бы сильно она ни желала свидания с Михайловым, это было невозможно. Ибо Теплов никогда бы не позволил этого, и она это знала. Оттого единственным возможным связующим звеном с Иваном могла стать переписка. Но как отправлять письма, чтобы Илья не узнал об этом? И тут Даша неожиданно вспомнила, как в опере Михайлов подсказал ей выход. Анюта, ее горничная, могла доставлять письма адресату.
От гнетущих тягостных дум голова Даши разболелась, и уже в своей спальне она прилегла на диванчик, стоящий у окна, и задремала. Ее разбудил возбужденный голос Анюты.
— Барышня, барышня! — заверещала над ней горничная. — Дмитрий Гаврилович приехал!
Даша, распахнув глаза, удивленно уставилась на Анюту.
— И что же? Он к Лизе приехал, — отмахнулась безразлично она.
— Дак я знаю это, барышня! Но с ним-то еще подпоручик Михайлов пожаловали!
— Иван Федорович?! — встрепенулась Даша и стремительно села на диванчике.
— Да, барышня. Их ваша тетушка в гостиной теперь принимает. И мне велела вас позвать.
— А Илья, он что?
— Дак Илья Григорьевич уехали верхом еще час назад по делам.
— Ах, вот оно что! — воскликнула Даша, просияв, и вскочила на ноги. Ее горестные раздумья вдруг решились сами собой. И вот Иван Федорович сам приехал увидеться с нею. Даша начала суетиться. Подбежав к напольному зеркалу и осмотрев свое чудесное отражение в утреннем новом платье, девушка пролепетала: — Анюта, мне надо платье переодеть.
— А это как же, барышня? Оно такое премилое.
— Нет, Анюта, другое надобно, — произнесла Даша в эйфории. Она бросилась к шкафу и начала перебирать новые наряды, купленные ей Тепловым позавчера. — Вот оно!
Она вытащила прелестное платье оттенка увядшей розы, с квадратным большим вырезом, миниатюрными цветами по контуру и с рукавами до локтя с лентами.
— Помоги мне одеться, милая, — попросила девушка. — Да и волосы, надо что-то сделать.
— Но Дарья Сергеевна, я не успею завить вас. На это щипцами не менее часа уйдет.
— Да, да, я понимаю. Ты, Анюта, волосы чуть приподними и в хвост на затылке собери. И жемчугом розовым да белым укрась, переплети нитями по всей длине. Помнишь, как я тебе на той неделе в каталоге у Лизы показывала.
— Да, поняла, — кивнула крепостная. — Это и вправду быстрее получится…
Даша в очередной раз рассмеялась заливистым смехом со всеми, и вновь ее лучистый взор остановился на подпоручике.
— Ну что ж, я думаю, условились, — сказал важно Михайлов. — Завтра поутру часиков в десять мы с Дмитрием заедем за вами.
— Непременно заезжайте, Иван Федорович, — закивала довольно Марья Ивановна.
— Я даже не сомневаюсь, что завтра на ярмарке будет очень весело, — воскликнула Лиза.
В этот момент в распахнутые двери гостиной вошел Теплов. Румянец от мороза отчетливо виднелся на его мужественном, красивом лице. Пройдя в ярко освещенную комнату, Илья резко остановился, видимо, не ожидая увидеть такие милые интимные посиделки четырех женщин и Бибикова с Михайловым. Тут же его изучающий взгляд стремительно пробежался по всем присутствующим, и он сразу же оценил ситуацию. Поприветствовал молодых людей, пожав им руки, и уселся рядом с Марьей Ивановной, напротив диванчика, где сидели Даша и Михайлов.
Потемневший взгляд Теплова несколько раз пробежался по Даше, сидящей напротив, в бледно-розовом платье, сильно открытом и изысканно прелестном. Ее волосы были собраны как-то по-другому, те так, как с утра. Цензорским взором Илья отметил, что переплетенные жемчужными нитями по всей длине, светлые распущенные волосы девушки достают густыми локонами до самой ее талии. Еще никогда молодой человек не видел, чтобы Даша так собирала волосы в хвост, украшая их. Он невольно отметил, что эта прическа невозможно идет ей, делая ее облик чарующим, манящим и кокетливым. Отчего-то ему непременно захотелось запустить ладони в эти ее густые золотые пряди-потоки и насладиться их мягкостью и шелковистостью.
Илья перевел взор на Михайлова и мгновенно помрачнел, ибо на лице подпоручика отчетливо читалось блаженное выражение, а во взгляде едва прикрытое желание. Еще из чайной услышав последние слова Лизы, Теплов сухо поинтересовался:
— Вы собрались завтра куда-то с Лизой, Дмитрий?
— Да, на ярмарку в Петергоф, если позволишь, конечно, — ответил Бибиков. — Мы с Лизонькой. Да Иван Федорович с Дарьей Сергеевной.
— Неужели? — произнес он, и его взор стремительно метнулся на лицо Даши. Он увидел, что она тут же опустила глаза и затеребила пальчиками оборку своего платья. Теплов сузил глаза и холодно заметил: — Я слышал, вроде сильный мороз завтра будет.
— Нет, Ильюша, старый Демьян говорил сегодня, что морозов еще пару дней не случится, а он-то уж наверняка знает, — сказала Марья Ивановна.
— Барыня, ужин готов, подавать? — спросил вошедший лакей.
