— Я не угрожаю, а предупреждаю. Если немедленно не оставишь сестрицу в покое, напишу о тебе рапорт в коллегию. И точно дело на тебя заведут. А если вести твое дело поручат, к примеру, генералу Неверову, то тебя не то что в прапорщики разжалуют, в крепость за неисполнение приказа упекут.
— Ты не посмеешь, — пролепетал ошарашено Илья, прекрасно понимая, что грозит ему, если правда всплывет наружу.
— Посмею, клянусь!
Илья долго молчал и лишь через пару минут тихо просяще произнес:
— Володя, зачем ты так со мной? Я же тебе сказал, люблю я Дарёну. Жить без нее мне в тягость. Ты пойми меня, братец. Не смогу я без нее!
— Сможешь, если захочешь, — отрезал жестко Владимир. — Мужик ты или нет? Возьми себя в руки и забудь ее. Не стоят эти твои страсти того, чтобы Дашу губить.
— Братец, — начал Илья.
— Все, Илья. Я сказал свое слово. Или Даша и трибунал, или ни слова не скажу. Выбирай!
Старший Теплов долго молчал и пронзительно, трагично смотрел на брата. И через какое-то время выдохнул:
— Ненавижу! Лучше бы ты вообще не возвращался!
— Я рад, что ты понял меня, Илья, — заметил Владимир. По злому ненормальному взгляду Ильи он понял, что ему удалось выиграть битву за Дашу. Владимир мрачно улыбнулся старшему брату и сказал: — Спокойной ночи.
И быстро вышел из спальни. А Илья схватился за виски и глухо зарычал, словно раненый зверь, понимая, что военного позора, бесчестья и клейма труса, который не исполнил приказ командования, а это будет выставлено именно так, ему не пережить.
Оправив непослушный завиток на затылке, Даша еще раз оглядела свое отражение в зеркале и довольно кивнула. Отчего-то она ощутила неприятный будоражащий взор сбоку и невольно повернула голову. Фёкла, как и обычно, глядела на нее хмурым злым взглядом. Даше не нравилась эта девица. Когда Фёкла появлялась в ее комнате, она почти не разговаривала с барышней, а если отвечала, то как-то недовольно и сухо. Но в основном горничная молча исполняла свои обязанности, бросая на девушку колючие взоры. Даша понимала, отчего та недолюбливает ее. Она прекрасно помнила слова Анюты о том, что некогда Фёкла была любовницей Теплова. Видимо, до сих пор горничная была влюблена в молодого человека и видела в ней соперницу. Вот и теперь, едва уловив неприятный взор крепостной, которая заправляла ее постель, она решила побыстрее покинуть свою спальню.
Раздался стук. Даша распахнула дверь, на пороге спальни стоял Владимир в простом камзоле, белой рубашке, темных штанах и туфлях. Без военного мундира брат показался Даше таким милым и домашним, что она непроизвольно улыбнулась ему.
— Доброе утро, братец, — сказала она и вышла в коридор. — Я уже на завтрак.
Владимир улыбнулся в ответ и тихо спросил:
— Как ты ночь провела, сестрица?
— Спокойно, — тихо ответила она, сразу же поняв, о чем говорит Владимир.
— Он не приходил? — уточнил он уже громче.
— Нет. Спасибо тебе, — поблагодарила девушка и вдруг напряглась, так как в темноте коридора ей показалась, что за молодым человеком стоит кто-то еще.
— Вот и ладно, — кивнул Владимир. И Даша едва не вскрикнула, ибо из-за плеча Владимира показалась фигура Ильи. Его мрачный горящий взор тут же пронзил ее до самого сердца, и она вздрогнула. Сколько он стоял в коридоре, было неведомо. И отчего-то Даша подумала, что он наверняка слышал их разговор с братом. Илья уже прошел мимо, и Владимир, чуть обернувшись на его шаги за спиной, проговорил: — Пойдем, сестрица.
Володя подставил локоть. Даша, словно опасаясь, что Илья вернется, напряженно схватилась за брата и последовала с ним.
Утренняя трапеза прошла в непринужденной обстановке, не считая того, что Илья не участвовал в общей беседе и лишь то и дело поглядывал на домочадцев мрачным взором. Владимир предложил после обеда прокатиться на санях на главную площадь к Зимнему дворцу, где сегодня устраивалась грандиозная иллюминация и катание на катке.
— Гуляния с пирогами да блинами. Да фейерверки красочные будут, — добавил Владимир. — Можем все вместе после обеда поехать.
— Я, наверное, не поеду, Володенька, что-то меня головные боли мучают с утра, — заметила Марья Ивановна.
— Жаль, матушка. Ну ничего, мы с сестрицами съездим, — ответил Владимир.
— И я могу поехать? — спросила Оленька.
— Конечно, — разрешил Владимир. — И Лиза с Дашей. Ведь ты не против, Илья? — обратился молодой человек к старшему Теплову. Илья пронзил Владимира злым недобрым взором и глухо произнес:
— Да езжайте вы куда хотите…
— Я так понимаю, ты не поедешь с нами, Илья? — колко осведомился Володя, как будто пытаясь разозлить старшего брата еще сильнее. Даша отчетливо заметила, как Илья побледнел, и девушке даже стало жаль его.
— У меня других дел невпроворот, некогда мне по гуляниям разъезжать, — проворчал старший Теплов.
— Вот и ладно, — довольно сказал Владимир. — Значит, договорились.
