И теперь, ожидая, когда к ним вернется Владимир, Даша нервно обмахивалась веером. Сейчас она пребывала в тревожном подавленном настроении, но всеми силами старалась не показать этого. Она знала, что Илья жаждет предстоящего танца, но не представляла, как вести себя с молодым человеком. Страстные взоры Теплова отчего-то начали раздражать ее. Она ощущала, что он неискренен с ней и, как говорила Анюта, лишь пользуется ею для своего развлечения. Ибо когда Даша отказала ему в близости, он спустя пару недель вновь переметнулся к Фёкле. Змея ревности и обиды душила Дашу. Она полагала, что, даже если они с молодым человеком расстались, он должен хранить ей верность и страдать так же, как и она.
Начался полонез. Едва Даша и Илья закружилась под музыку, молодой человек тут же приглушенно произнес:
— Мне надобно поговорить с тобой наедине, Дарёна…
Первым порывом Даши было отказать ему. Однако девушке захотелось узнать, что он намерен сказать и до какой степени коварства мог дойти молодой человек в своем цинизме. Оттого после танца она согласилась выйти с ним под руку из огромной залы. Держась за локоть Теплова, Даша послушно последовала за ним в парадную. Они оделись и вышли на улицу. Пройдя по заснеженной аллее, ведущей к главным воротам, молодые люди уже через некоторое время вышли на проспект, где стояло множество саней и экипажей. Илья подвел Дашу к закрытым расписным саням и на немой вопрос девушки ответил:
— Покатаемся немного по городу. Здесь печка, тепло. И никто не помешает.
Даша кивнула и, опершись на его руку, забралась в сани. Он быстро вошел за ней и закрыл дверцу. Сани тотчас покатили. Чувствуя двусмысленность ситуации и боясь показать свое нервное состояние, она нетерпеливо поинтересовалась:
— Что вы хотели мне сказать, Илья Григорьевич?
— Дарёна, мы же одни. Называй меня по имени, — попросил он ласково.
На это замечание молодого человека Даша лишь пронзительно холодно взглянула на него и промолчала. Он тяжко вздохнул и, не спуская с нее поглощающего диковатого взора, проникновенно добавил:
— Дарёна, я так больше не могу. Ты нужна мне.
— Нужна в качестве любовницы, — промямлила она с горечью и болью, смотря в его красивое лицо.
— Да и не только. Но и жены.
— Жены? Вы что, издеваетесь надо мной, Илья Григорьевич? — опешила Даша.
— Нет, совсем нет. Ты послушай меня, милая, — вымолвил он и начал нервно теребить пальцами пуговицу на своем кафтане. — Я вот что придумал. Подам императрице рапорт об отставке. Военная коллегия рассмотрит его в течение двух недель. И я думаю, мое дело решится положительно. За это время я справлю нам паспорта поддельные, и мы уедем за границу, например, в Рим или Гамбург. Там никто не будет знать, что мы родственники. Перед всеми мы будем муж и жена.
— Но это будут лживые бумаги, — тихо пролепетала Даша.
— Ты послушай дальше. Мы найдем священника, и он обвенчает нас. На небесах перед Богом мы будем муж и жена. А другие пусть и не знают этого. Немного поживем за границей, пока все не утихнет. А лет через пять вернемся в столицу. Денег у меня достаточно на этот вояж. А управляющие без меня справятся здесь. Что скажешь на это, горлинка?
Даша долго пронзительно смотрела на Илью, и в ее душе шла жестокая борьба. Она очень хотела последовать за Тепловым и сделать все, как он задумал. Но дикая ревность точила ее. Она не могла отделаться от мысли о том, что Илья совсем не любит ее и только из-за ее прелестей, из-за того, что она нужна ему в постели, хочет устроить все это. Ведь он ни разу не сказал, что любит ее, а венчание это тайное придумал, видимо, для того чтобы упокоить ее стыд. А Фёкла теперь посещает его постель. Как же он мог предлагать ей ехать с ним за границу, когда наверняка сегодня ночью крепостная девка будет ублажать его в постели? Явно он не мог обходиться одной девицей, и ему надобно было разнообразие.
Она вдруг подумала, что, когда и она, Даша, наскучит ему, он так же, как сейчас Фёклу, бросит и ее. Не зря же он сказал, что через пять лет они вернутся. Видимо, столько Илья отмерил на их интимную связь. А затем, вернувшись, он сможет найти себе другую пассию или возлюбленную. А возможно, он даже женится, но не на ней. Ведь здесь, в столице, все прекрасно знали, что они брат и сестра. И открытая семейная жизнь с детьми, с уютным домом и счастливыми взаимоотношениями между законными супругами для них оставалась недоступной. Поэтому Даша не понимала, отчего она должна ехать куда-либо с ним и терять свои лучшие молодые годы только потому, что он этого хотел.
Нет, в этот момент она хотела продолжить свою жизнь без Теплова. Вероятно, ей еще удастся устроить свою горькую судьбу. Возможно, кто-то из молодых людей сможет простить ей ее грех, и она все же выйдет замуж за достойного человека. С Ильей это было невозможно.
Эти трагичные печальные и ревнивые мысли заполонили сознание девушки, и, не в силах более выносить коварство молодого человека, Даша твердо произнесла:
— Нет.
— Отчего нет? — спросил Илья, нахмурившись.
