– В церкви, где находилась Казанская икона Божьей Матери, был?
– Был. Но там выставлена ее копия.
– И как она тебе?
– Камиль Шамильевич, она прекрасна! Произвела на меня ярчайшее впечатление. Признаюсь откровенно, я никогда не испытывал более сильного потрясения. А какова тогда настоящая икона!
– Я тебя понял. До встречи в Казани. Расскажешь потом мне все в подробностях.
Камиль Исхаков высыпал остатки чая в заварочный чайник и залил его крутым кипятком, закрыл крышку. Через несколько минут напиток заварится и можно будет пить. Затем он взял из пластикового стакана одну из ручек и, немного подумав над содержанием, принялся писать:
«Ваше Святейшество, пишет Вам мэр г. Казани Камиль Исхаков.
Город, которым я имею честь руководить в последние годы, насчитывает тысячелетнюю историю. Уже многие века в дружбе и согласии в нем проживают мусульмане и православные христиане, составляющие большинство населения, но издревле в нем живут и горожане, проповедывающие другие конфессии. В их число входит католический приход, которому администрация города оказывает всяческое содействие. В настоящее время для верующих Римско-католической церкви завершается строительство нового собора. И администрация города очень надеется, что храм станет для них настоящим домом.
Для каждого жителя Казани, независимо от его конфессии, Казанская икона Божьей Матери является святыней. С конца XVI века икона размещалась в Богородицком монастыре, выстроенном специально для нее. Для города Казанская икона Богородицы – такой же символ, как и Казанский Кремль, с ней неразрывно связана значительная часть истории Казани.
Каждый житель нашего города, как и вся Россия, мечтает о том святом дне, когда Казанская икона Божьей Матери, наша святыня, после долгих странствий, наконец вернется в Казань, к месту своего обретения.
Ваше Святейшество, мы очень просим Вас принять нашу делегацию, чтобы обсудить вопрос о возвращении Казанской иконы Божьей Матери в столицу Татарстана г. Казань.
Внимательно перечитав написанное, Камиль Шамильевич под своей подписью написал телефон и адрес для ответа, после чего уложил листок в конверт. Возникло ощущение какой-то недосказанности. Чего-то не дописал, чего-то не отметил. А потом, разве может равнодушный лист бумаги передать весь тот объем эмоций, что чувствует человек в действительности. Никаких слов не хватит, чтобы в точности передать всю палитру переживаний.
«Завтра утром нужно отнести письмо в Апостольскую нунциатуру Ватикана».
Не дожив до пятидесятилетия всего-то один год, умер казанский хан Мухаммед-Амин. Болезнь пришла нежданно, при полном благополучии и здравии. Еще месяц назад участвовал в охоте на волков, подставляя хищное волевое лицо встречному ветру, и вот теперь, завернутый в зеленый, расписанный шамаилами саван, лежал он в центре мечети, в которой седобородый сеид[41] воздавал хвалу Аллаху и благостному правлению почившего казанского хана.
Его правление проходило через трудности. Первый раз Мухаммед-Амин занял престол в пятнадцатилетнем возрасте, отобрав власть у своего единокровного брата. Вот только продолжалась эта власть недолго, каких-то неполных два года. Изгнанный из Казани местной знатью, Мухаммед-Амин был вынужден вернуться к Московскому князю Ивану III и просить его милости.
