Второе восшествие на казанский престол состоялось вновь через два года при поддержке русских войск, взявших Казань. На сей раз ханствовал он долгих девять лет, на протяжении которых ему приходилось лавировать между двумя сложившимися партиями в казанской аристократической среде: первая из них была ориентирована на Москву (с приходом русских полков окрепшая и значительно разросшаяся); и вторая, смотревшая на Восток, на центр мусульманского мира. Чем дольше длилось правление, тем труднее было договариваться с местными князьями, воспринимавшими его как чужака. Самым несговорчивым оказался князь Арчи, откровенно пренебрегавший распоряжениями малолетнего хана.
Вскоре недовольные политикой Мухаммед-Амина две непримиримые партии объединились и поставили себе цель сместить неугодного хана с престола. А еще через полгода во всем ханстве у Мухаммед-Амина не оставалось и двух сотен всадников, на которых он мог бы всецело положиться. Не в силах противостоять созревшему заговору, Мухаммед-Амин решил уехать в Русское государство, где он мог бы переждать трудный период в своей судьбе.
Государь Иван III встретил изгнанного хана приветливо: назвал своим братом и передал в княжение города Хатунь и Каширу, при правлении которыми Мухаммед-Амин прослыл справедливым господином. Находясь от Казанского ханства за сотни верст, он не переставал думать о казанском престоле, наблюдая, как один хан сменяет другого.
В третий раз занять казанский престол Мухаммед-Амину представился случай, когда беки, недовольные политикой очередного хана – Абдул-Латифа, попросили вернуть в Казань изгнанного Мухаммед-Амина. Государю Ивану III Абдул-Латиф также сделался неудобен: стал понемногу выходить из-под внешнего управления и проводить независимую политику.
Хана Абдул-Латифа низложили во время обеда, когда он поедал молодого барашка, чем крепко испортили ему аппетит. Посол великого князя Московского, прибывший в Казань, зачитал грамоту от Ивана III, в которой тот выражал неудовольствие действиями казанского хана. Скрупулезно перечитав все прегрешения, совершенные Абдул-Латифом, посол велел ему возвращаться в Москву, чтобы предстать повинным перед очами московского государя. Разрешив низложенному хану доесть куски баранины, послы вышли из трапезной.
Аппетит у Абдул-Латифа пропал начисто! Отодвинув от себя тарелку с сочными кусками мяса, хан прошел в молельную комнату и долго клал поклоны перед дальней дорогой, совершенно не представляя, что ожидает его в конце пути. По возвращении в Московское государство его ждал городок Белоозеро, куда опальный хан был сослан на долгие шесть лет, по окончании которых милостиво получил от московского государя в удел небольшой городок Юрьевец-Повольский.
Вопреки некоторому скепсису казанской знати в свое третье правление Мухаммед-Амин показал деловую хватку – Казанское ханство все более укреплялось, значительно расширились границы государства, в столице строились каменные дома. Незадолго до смерти Ивана III хан Мухаммед-Амин проявил неожиданную строптивость: поубивал на июньской Казанской ярмарке многих русских купцов, а послов взял в полон, что дало начало двухлетней войне между Москвой и Казанью.
Словно пробуя на прочность молодого государя Василия III, занявшего престол после смерти Ивана Ш, Мухаммед-Амин напал на Нижний Новгород, недолго держал его в осаде, а потом, осознав, что с наскоку крепкий град не одолеть, поворотил в Казанское ханство. В этот же год между Казанью и Москвой был заключен мирный договор – пленные были отпущены, а послы освобождены.
Москва между тем продолжала все крепнуть, расширяться, присоединяя к себе все новые земли. Перед молодым государем склонил голову Великий Новгород, а за ним – вольная Псковская республика. В наказание за мятежность с соборной колокольни стрельцы сняли многопудовый колокол, звавший псковичей на вече, и отправили его в изгнание в Святогорский монастырь.
Следующей в очереди была мятежная Казань…
Забывать обид Москва не умела. Выжидала, набиралась сил. А однажды Василий III отправил казанскому хану грамоту, в которой писал:
Предвосхищая большой поход московского государя на Казань, хан Мухаммед-Амин отправил в Москву посольство, через которое признавал Василия III старшим братом. Обезопасив себя от внешнего неприятеля, хан легко расправился с внутренними врагами, обеспечив в ханстве покой и усилив единоличную власть. Так он и правил до самой своей кончины.
