– Вернусь поздно… Работы много. Нужно побывать на нескольких объектах. Все думаю о «Пассаже» – с ним поаккуратнее следует работать. Очень бы не хотелось разрушать историческое здание. С ним очень многое связано… Знаешь, ведь там раньше кинотеатр «Пионер» был, часто туда с друзьями заглядывал. Это было здание-праздник! Вроде бы уже столько лет прошло, а у меня перед глазами вся эта красота стоит. Помню, с левой стороны от входа магазин музыкальных инструментов был. Играть я не умел, никакого аккордеона покупать не собирался, но зато заходил туда постоянно. А вот дальше был магазин галантерейных товаров… – посмотрев на часы, произнес: – Все, родная, ухожу! Пора! Водитель уже давно подъехал.
– Когда тебя ждать? – спросила Фания.
– Буду не скоро. Нужно заехать на несколько объектов. Проконтролировать. Тут ведь такая вещь: пока не подъедешь, не сделаешь внушения, работать хорошо не заставишь.
Фания улыбнулась.
– Я так и думала. В общем, как всегда.
Сказано не в упрек. Привыкла к такому графику мужа, понимает, что по-другому он не может. Для него всегда было так – чем больше работы, тем лучше.
Неожиданно прозвенел телефонный звонок. Подняв трубку, Исхаков произнес:
– Слушаю.
– Здравствуйте, Камиль Шамильевич, это Андреева вас беспокоит, – голос заместителя был заметно возбужден, – пришло письмо из Ватикана на ваше имя.
– Та-а-ак…
– Официальное, все как положено. С печатями Святого престола. Неужели получилось?
– Не беги впереди телеги. Нужно сначала прочитать, что там написано. Проанализировать. Сделаем вот что… Вскрой письмо и отдай переводчику. Пусть сделает все быстро!
– Немедленно займусь этим!
– Как будет перевод, положишь письмо мне на стол, я подъеду и прочитаю. У меня встреча с реставраторами у «Пассажа». Пробуду с ними где-то около часа, а потом поеду в мэрию. Подходи с Дмитрием ко мне часа через два, и будем решать, как нам поступать дальше. И еще Анну тоже пригласи. Она как-то обмолвилась, что по нашим деловым связям у нее в Италии есть какие-то хорошие знакомые, которые могут посодействовать в нашем вопросе. При любом раскладе, что бы там ни было написано, мы должны определиться со стратегией. Все ясно?
– Понятно, Камиль Шамильевич, – бодро отозвалась Людмила Андреева.
Положив трубку телефона на рычаг, Исхаков посмотрел на Фанию, стоящую в дверях.
– Письмо из Ватикана пришло…
– Я уже поняла.
– Неужели все получилось? Прямо даже как-то не верится. Ну не бывает так просто. Написал письмо, и уже все проблемы решил… Или мне кто-то там очень помогает, – обратил Камиль Шамильевич взгляд вверх.
– Камиль, сначала прочитай письмо. Не нужно обольщаться раньше времени. Может, Ватикан тебе отказал.
– Не думаю, – слегка нахмурился Камиль Шамильевич, – в этом случае они бы просто не ответили… Но радоваться действительно пока преждевременно, нужно с письмом ознакомиться… Какая погода солнечная, а ведь вчера еще дождь был. До вечера, – мягко прикрыл за собой дверь Камиль Исхаков.
ЕЩЕ ЧЕРЕЗ ПЯТНАДЦАТЬ МИНУТ МЭР КАЗАНИ БЫЛ НА КРЕМЛЕВСКОЙ – ГЛАВНОЙ УЛИЦЕ ГОРОДА, застроенной старинными роскошными доходными особняками XIX века. В центральной ее части, занимая целый угол, огороженный деревянным зеленым забором, на пересечении с узкой улочкой, сбегавшей вниз, стоял некогда красавец «Пассаж», ныне – дом-инвалид с проваленной крышей и поломанными межэтажными перекрытиями. В основании здания угловатыми конгломератами валялись обломки разбитых стен – следы давнего обрушения.
По чистой случайности при обрушении здания никто не погиб. На то было свое объяснение. Авария произошла ранним утром, когда жильцы разошлись по рабочим местам, а магазины и конторы, каковых в здании было большинство, еще не работали. В крохотной квартирке оставался лишь старый дед, который за несколько минут до обвала решил спуститься вниз и выкурить на скамеечке папироску. Вот только обратно вернуться ему не было суждено. Его квартира переместилась с третьего этажа на первый.
В огороженном забором пространстве находилось четыре человека, с интересом разглядывающих здание. Среди них выделялся мужчина лет сорока – сорока пяти в светло-коричневом демисезонном пальто; на ухоженной голове черное кожаное кепи с коротким козырьком. Говорил он громко, с волевыми интонациями, энергично размахивал руками, показывая на провисшие поломанные балки. Звали его Григорий Волков, и он был рекомендован знающими людьми в качестве одного из ведущих специалистов по реставрации гражданских исторических зданий. Что особенно ценно, специализировался Волков именно на зданиях XIX века.
Поздоровались. Обменялись любезными улыбками. Должный ритуал исполнен. Пора и за дело.
– Мы чуть пораньше подошли, Камиль Шамильевич, – заговорил архитектор Волков, – переговорили немного.
– Так… И к чему вы пришли? – поинтересовался Исхаков.
– Работа, конечно, предстоит большая и очень серьезная.
– Ну это было понятно с самого начала, – сдержанно произнес глава администрации города. – А какие ваши ближайшие действия?
