– Нужно провести инженерно-геологические работы, самым детальнейшим образом исследовать грунт. Он здесь скверный, пористый, в карбонатных породах много больших пустот, вот он и провалился.
– Но у меня такой вопрос: этот дом стоял лет сто пятьдесят, и ничего с ним не случалось, почему так неожиданно он провалился именно сейчас? Если и были пустоты, то они как-то прежде не влияли на устойчивость здания, известняк ведь сам по себе очень крепкий. А потом, ведь и в XIX веке проводили инженерно-геологические исследования, специалисты ведь знали, на чем будет стоять дом.
– Разумеется, инженерные работы проводились, причем очень высокого качества, я в этом всякий раз убеждаюсь. Но в нашем случае вмешались преимущества цивилизации, как это ни странно прозвучит… Раньше в домах не было такого комфорта, как сейчас. Сто лет назад не существовало даже унитазов! Ходили, скажем так, во двор… Потом по всему дому протянули трубы, провели в каждую квартиру воду. А канализация имеет свойство ветшать, металл ржавеет, в каких-то местах трубы прохудились и стали размывать известковые породы проточной водой. Сначала это были маленькие пустоты, а со временем образовались огромные полости. Происходило разуплотнение горных пород, терялись их несущие свойства. Сыграло еще и время, конечно… Вот верхний слой пород, на котором стоит такое огромное и тяжелое здание с массивными стенами, не выдержал, сломался, и строение провалилось в пустоту.
– Понимаю. Такое нередко на автомагистралях случается.
– Нужно остановить дальнейшую просадку и повысить несущую способность грунта и фундамента. Для начала нужно заполнить пустоты… Без этого ничего не сделаешь. Тут свой сложный технологический процесс, нужно подумать, как это сделать наиболее эффективно.
– И как это примерно будет выглядеть?
– Если говорить по-простому, то нужно закачать в пустоты бетон. Но сделать это следует правильно. А вот когда произойдет полное выравнивание, вот тогда можно будет проектировать здание. Проводить реконструкцию.
– Это не быстрый процесс.
– Верно, потребуется какое-то время.
– Вас, конечно, никто не подгоняет, делайте все правильно, как это задано технологическими требованиями, но все-таки мне бы хотелось знать, успеете вы к тысячелетию или нет? «Пассаж» – очень красивое здание, один из символов Казани, и казанцы надеются увидеть его таким, каким оно было построено изначально.
– Работы много, но мы постараемся успеть в срок.
– Если вам что-то потребуется, сообщите мне, я всегда нахожусь на связи.
Попрощавшись, Камиль Исхаков вышел на улицу Кремлевскую. Служебная «Волга», прижавшись к бордюру, дожидалась градоначальника.
– Пройдусь пешком, – махнул Исхаков водителю, – подышу свежим воздухом.
До здания горсовета идти около полкилометра. По улице, умытой легким летним дождем, приятно было пройтись. Солнечный погожий день. Дышалось легко. На улице по-осеннему свежо. Прохлада не тяготила. Встречались лишь редкие прохожие, спешащие по своим делам. Некоторые из них, заметив градоначальника, в одиночестве разгуливающего по городу, невольно удивленно оборачивались. Нечасто такое увидишь.
Камиль Исхаков поднялся в свой кабинет, на второй этаж, и тотчас увидел сияющую Андрееву. Похоже, что она поджидала шефа.
– Камиль Шамильевич, мы перевели письмо, и там…
– Я уже догадываюсь, что ты мне хочешь сказать. Ни слова больше! Прочитаю все сам!
Заместитель немедленно удалилась.
Камиль Шамильевич повесил плащ в шкаф и устроился за столом. Корреспонденция, пришедшая утром, собрана в аккуратную стопку; сверху, привлекая к себе внимание, лежал темно-синий конверт с наклеенными в правом верхнем углу марками и погашенными круглой оранжевой печатью Ватикана.
Мэр взял конверт, невольно подумалось: «Столько стран посмотрел, столько гербов и символов довелось увидеть, а вот государственный символ Святого престола наблюдаю впервые. И разве мог бы я подумать всего год назад, что такой конверт будет лежать на моем письменном столе. А потом ведь и надобности для переписки со Святым престолом не было. Хватало и городских дел».
Повертел конверт в руках и принялся рассматривать печать Святого престола. Отпечаток был круглой формы, на красном фоне нарисованы перекрещенные ключи, поверх которых располагалась папская тиара.
Камиль Исхаков вытащил из конверта фирменный лист с тиснением папской канцелярии. Написано всего лишь несколько строчек, под которыми была подпись Иоанна Павла II. Положил письмо обратно в конверт.
На столе лежал перевод с итальянского языка на русский, набранный на печатной машинке. Подняв листок бумаги с переводом, Камиль Исхаков жадно вчитался в текст. Прочитав текст, откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза. Аудиенция назначена на 25 октября текущего года, с собой в качестве сопровождающего лица можно было взять не более одного человека. По прибытии в Ватикан следовало зарегистрироваться, а потом получить пригласительные билеты на аудиенцию у Бронзового портала.
