— Счастливого дня, сэр.
В-третьих. Мистер Скьюс был уверен в том, что у Маргарет Грегори были проблемы с головой, и Ида не сомневалась, что он говорит чистую правду. Фармацевт выразил уверенность в том, что покойница была серьезно больна.
Обдумывая важность полученной информации, Ида медленно спустилась с пологого холма к железнодорожному вокзалу, где стояли возницы. Она решила вернуться в Саммерсби. Под лучами дневного солнца шифер на крыше здания вокзала показался девушке оранжевым. Когда Ида уже собиралась переходить улицу, она узнала женщину, вышедшую из небольшого домика, чтобы вытряхнуть скатерть.
— Миссис Джек!
Приходящая кухарка удивленно воззрилась на девушку.
— Привет, Ида. Уже слиняла? — спросила она, аккуратно складывая скатерть.
— Откуда слиняла?
— Из большого дома, из Саммерсби.
— А! Нет, — ответила Ида. — И в мыслях такого нет.
Миссис Джек наморщила припудренный нос.
— Это вопрос времени. Попомни мои слова: мы слишком хороши для них, дорогуша. Приходи сюда, когда надумаешь, — подмигнула женщина. — Я здесь живу. Я помогу тебе найти другое, более подходящее место.
Ида заподозрила, что «более подходящее» место может оказаться менее респектабельным.
— Ах нет, миссис Джек, мне нравится в Саммерсби, — быстро ответила она, собираясь поскорее с ней распрощаться.
— Да неужто? Несмотря на их порядки?
Ида остановилась.
— Несмотря на их порядки? — переспросила она.
Миссис Джек многозначительно приподняла брови. Поддавшись порыву, Ида решила принять условия игры.
— Вы намекаете на мистера Баркера?
— Ха-ха!
Ида подошла к калитке дома, в котором жила миссис Джек, и сказала:
— Это странный человек и далеко не всегда приятный в общении.
— Ну, если он захочет, то может быть очень милым.
— И когда такое случается? Ни разу не видела.
— Он бывает милым лишь с теми, с кем сам считает нужным, — выдала миссис Джек загадочную фразу.
— И с кем же? По крайней мере, с мистером Сэмюелем он отнюдь не любезен…
Миссис Джек не ответила.
— С кем?
Приходящая кухарка окинула девушку скептическим взглядом.
— Ну, ты этого не застала.
— Чего не застала?
Из домика позади миссис Джек донесся мужской голос, но что именно он произнес, Ида не поняла.
— Сам налей в свой чертов стакан! — крикнула женщина, не оглядываясь, а потом, подмигнув Иде, сказала: — Лучше я пойду, дорогуша.
— Так чего я не застала? — настаивала девушка. — С кем мистер Баркер был любезен?
—
Ида вздрогнула.
— Но вы ведь говорите не о мисс Матильде?
Миссис Джек дотронулась пальцем до носа, намекая, что речь идет о скандале, и, подмигнув напоследок Иде, вернулась в дом.
Девушка перешла на другую сторону улицы. Ее мысли были заняты тем, что она только что узнала. Ида свернула на узкую тропку, которая вела вдоль ограждения к внешнему дворику, на котором стояли экипажи. А потом она увидела человека, который наблюдал за ней, скрывшись в тени высоких деревьев.
Баркер.
Ида едва не завизжала. Она застыла на месте. Баркер продолжал глядеть на нее, не меняя позы. Его темные глаза сверкали.
Ида продолжила путь к экипажам. Баркер смотрел ей в спину. Девушка помахала рукой одному из возниц. После обмена несколькими фразами тот помог ей влезть в экипаж. Ида видела, что Баркер не спускает с нее взгляда. Свистнул кнут, и лошади, стуча копытами, потащили экипаж.
Только когда они выехали с внешнего дворика, Ида увидела, как Баркер выходит из тени. В руке у него был кисет. Застыв на солнцепеке, мужчина о чем-то задумался, а потом свернул себе самокрутку. Зажав ее в уголке рта, Баркер чиркнул спичкой о столбик ограждения. Лишь когда камердинер почти скрылся из поля ее зрения, девушка заметила двух мальчиков, играющих мраморными шариками на посыпанной гравием улочке. Это были Джим Скьюс и его осиротевший двоюродный брат Лью.
Последнее, что она увидела — это как камердинер со спутанными волосами направляется прямиком к играющим в пыли мальчикам.
Вернувшись вечером в Саммерсби, Ида застала Матильду в китайской комнате. Хозяйка сидела за туалетным столиком и переписывала из книги какое-то стихотворение. Ида заглянула ей через плечо. Матильда писала аккуратным, красивым почерком, без помарок и клякс. Это было совсем не похоже на пачкотню, которая прежде (Ида сама это видела) выходила из-под ее пера.
— У вас изумительный почерк, мисс, — начала служанка, не забывая об осторожности. — Вы всегда так красиво писали?
— О да, — обрадованная похвалой, сказала Матильда, — всегда. Я горжусь этим.
Матильда прикоснулась к мавританской шкатулке, которую переставила с прикроватного столика на туалетный.
— Ты знаешь, что написано на внутренней стороне крышки?
Ида знала, но притворилась, будто понятия об этом не имеет.