— Да задолбал ты уже со своей вежливостью и просьбами, — вспылил Малинин. — Если есть что сказать — говори. Или мы твои слюни на кулак мотать будем?
Костя помолчал несколько секунд, отпил кофе, посмотрел на Малинина, а потом тихо и твёрдо сказал:
— Я уверен, что всё происходящее, и те ритуалы, которые провели над Еленой и Софией, а также та кровавая жатва, которую вы распутывали ранее — это всё звенья одной цепи, и сделано это всё не только для возрождения рода.
— А для чего?
— Я не знаю, у меня не хватает опыта и знаний, но я интуитивно чувствую.
— Вот тебе телефон, — Малинин перекинул номер в сообщении. — Это институт метафизики, скажи, что ты от меня, тебе там добавят знаний. Расскажи им всё.
— Всё? — уточнил Костя.
— Да, им можно.
Береговой, вошедший в кабинет, коротко кивнул всем и, глянув на Малинина, сказал:
— Надо бы Унге с Анной в одну палату, и пусть Шмелёв их охраняет.
— Как Унге? — спросил Егор. — Ребёнка удалось сохранить?
— Унге нормально, уже в палате. Ребёнков у нас больше никаких и никогда не будет, и хватит об этом, — отрезал Юра. — И ещё… — он помолчал. — Мы сейчас кумекаем, как Шмелёва отмазать от всего этого.
— Я вообще не понял, что там случилось? — вздохнул Егор.
— Егор Николаевич, — бесцветным голосом сказал Юра, — у вас там самолёт с посохом на подлёте и Софью спасать нужно, так что давайте я тоже чего-нибудь поделаю. Мне Унге всё рассказала, я ей верю, и мы сейчас с Медикаментом и Мамыкиным создадим удобную и правдоподобную версию случившегося.
— Я понял, Юра.
— Ну что, я тогда сейчас организую им палату и свободен для выполнения задач.
— Уверен?
— Егор Николаевич, — Береговой вздохнул, — я очень благодарен вам за всё, но я бы хотел довести это дело до конца и больше никогда с вами не пересекаться. Это честно.
— Я услышал тебя. Доделай, что требуется, я подожду здесь, — Малинин дождался, пока Береговой выйдет, и перевёл взгляд на Елену. — Что там с дополнительными силами?
— С посохом летят два оперативника, остальные прибудут только завтра, сейчас экстренно собирают хорошую, рабочую группу, так как дело оказалось намного сложнее, чем казалось. Посох поеду встречать я. Со мной поедет Дымов, обратно уже с ребятами.
— Хорошо. А мы с Юрой найдём Кадария, и нужно заскочить к местному краеведу, так как историю мне рассказали про него крайне занимательную. Я не уверен, что, когда мы передадим посох, они отпустят Соню. Да нет, я просто уверен, что они её не отпустят. Как же много ошибок я совершил.
— Егор, — жёстко сказала Никонова, — эти преступления имеют свою специфику. Мы с тобой, опера, криминалисты, судмедэксперты, смотрим на всё это со стороны рационального, а они, считай, религиозные фанатики, и головы у них совершенно по-другому устроены. А как мы подходим к ситуации? Правильно, берём весь свой опыт рабочий, добавляем туда социальные навыки и расследуем, опираясь на ребус преступления, и не думаем о том, что это обряд, который длится уже не один год и должен что-то значить. Ты, Егор, молодец, ты смог перейти через пропасть и убрать из своей башки мишуру, на которой написано, что призраков не существует и всё имеет рациональное объяснение. При этом ты остался скептиком, и ты бы никогда не продвинулся дальше, если бы не научился слушать. А сейчас, когда ты Дымова отправил в институт метафизики, я просто удивилась и поняла, что ты перешёл на совершенно другой уровень и круто вырос как профессионал.
— Ну, знаешь, мне это уже не пригодится, я сейчас, если найду Софью… — он помолчал. — Когда найду, то уеду с ней, — и помолчав, тихо добавил: — Я надеюсь на это. Я вымотан, нет, не физически, больше душевно. Я живу в постоянном страхе, что упустил, потерял, что больше никогда её не увижу, — Малинин старался даже не вспоминать о том, что он увидел в подвале.
— Да уж, я тоже вымоталась. Егор, как бы то ни было, сейчас нужно собраться и действовать по ситуации, а единственный наш шанс прямого с ними контакта — отдать этот драный посох. Группа захвата уже в пути, они едут на помощь, но из Иркутска, ближе я своих не нашла. И нужно учитывать, что условия работы очень непростые, местность неизвестная, и случиться может всё что угодно. И сейчас, Егор, ты не влюблённый мужчина, ты — профессионал и только так у тебя есть шанс спасти Соню. Ладно, — Елена встала, — мы с Дымовым в аэропорт, встречать посох.
— Спасибо, — покивал Малинин. — Я рад, что у меня есть такой друг, как ты.
— Я прошу тебя, — Елена подошла к Егору и на секунду упёрлась ему в грудь головой, — будь осторожен, береги себя. И, Егор, мы с тобой не друзья. Я, действительно, очень тебя люблю и поэтому помогу всем, чем смогу. Но я тоже больше не хочу видеть тебя, нужно же мне как-то наладить свою личную жизнь, — улыбнулась она и, наткнувшись на Шмелёва в проёме двери, остановилась и напряжённо спросила: — Что-то случилось?
