В одну минуту для Малинина всё стало ясно и понятно, он понял, почему в последнее время внутри всё время клокотало раздражение, а сейчас ему вдруг стало легко. Просто он испугался разборок, когда увидел Елену в зоне прилёта: скандалы были для него самым страшным испытанием, и он точно не хотел проходить ещё раз то, что прошёл во время развода с первой женой. Но, как оказалось, здесь нужно было просто принять решение и доступно объяснить, что все притязания бесполезны.
— Кадарий Сэлэмэнович, — прогремел голосом на весь ангар, где егерь занимался починкой разнообразной техники, — ты и правда решил со мной в прятки поиграть?
— Старый я прятаться, — вытирая руки от черноты масла, отозвался мужчина, — но с шаманом помогать не буду.
— Интересно как, — поднял брови Малинин. — То есть когда я должен был к нему на поклон скататься, ты просто соловьём пел, а как мне понадобилось, сразу голову в песок, хотя в нашем случае скорее в снег.
— Егор Николаевич, он очень серьёзный человек, а может, и не человек вовсе. К нему так просто нельзя.
— Слушай, Кадарий, завязывай меня пугать. Если тебе будет легче, то он мне сказал, если мне что-нибудь понадобиться, обязательно обращаться, — по-своему истолковав слова шамана, сказал Малинин.
— У меня с ним связи нет. С сыном его можешь поговорить.
— Ты мне это мог и по телефону сказать, — вытаращив глаза, сказал Егор. — Но раз ты решил напрасно тратить моё время, то давай ты и договаривайся. Короче, чтобы завтра к восьми утра был готов вертолёт, и водитель вертолёта должен знать, куда лететь. Понятно?
— Егор…
— Да, Егор Николаевич Малинин, следователь по особо важным делам. Я, Кадарий, полковник юстиции, и мне эти ваши местные заморочки до фени, — Малинину вдруг показалось, что у него просто расправляются крылья, и он возвращается из забытья. А ещё до него только сейчас дошёл весь смысл слов Елены, сказанных в аэропорту. Ведь ему и правда вернули все звания, регалии и полномочия.
— Алло, Соня, собирайся, я сейчас за тобой заеду. Ты же пьёшь шампанское?
— А есть повод?
— Я сегодня понял что есть.
Малинин уютно устроился в своей прежней шкуре, брезгливо стряхивая странный образ, который у него сложился в последнее время. Переехав в ледяной край, он стал чувствовать себя неудачником и хотел как можно скорее мимикрировать в новую для него роль, чтобы просто дотянуть свои дни и ни о чём не думать. А сейчас полковничьи звёзды снова освещали его путь, а статус «важняка» вытравил душившее его бездействие.
Подрулив к зданию дома культуры, он увидел Софью и долговязого мужика, оживлённо о чём-то болтающих.
— Веселитесь, молодёжь? — открыв окно, улыбнулся Малинин.
— Ладно, Сергей, всего хорошего, — помахала Хватикову Софья и побежала к машине. — У них, оказывается, здесь недалеко театр, где он репетирует.
— Чего он там репетирует? Как людей лечить? — засмеялся Малинин.
— Нет, там самодеятельность, спектакли ставят. Ты чего такой довольный? — улыбнулась Софья.
— Просто мне хорошо, — Егор кивком показал на пакеты, лежащие на заднем сиденье. — Поехали в одно место, перед тем как ехать домой.
Выкатившись за пределы городка, Егор подрулил к обрыву, откуда открывался вид на реку. Полная луна дарила свой свет, синяя даль растворялась в тёмном пространстве, внизу шуршала холодными волнами вода, и вокруг была разлита тишина.
— Пойдём, — Егор открыл дверь и, выскочив наружу, прихватил с собой один из пакетов.
Ловко открыв шипящую пузырьками бутылку, Егор выудил два высоких бокала и, воткнув их в снег, разлил играющий на фоне небесного светила соломенный напиток.
— Ты решил праздновать здесь? — улыбнулась Соня.
— Нет, здесь я решил сделать другое, — Егор передал ей бокал и притянул её к себе. — Софья Андреевна, вы выйдете за меня замуж?
— Ох, ты, — несколько опешила Софья, — это просто… Я даже не знаю, что сказать.
— Просто скажи «да». Только у меня кольца нет, но это всё условности.
— Да, Егор, — тихо отозвалась Софья после некоторого молчания. — Конечно, да. Я даже без кольца готова стать твоей женой.
— Я люблю тебя, — Малинин отбросил бокал в снег, завёл свою ладонь за Сонину голову и стал целовать её холодные губы, чувствуя, как в его сердце расцветает весна, которой он никогда не знал. — Поехали, домой, — шёпотом сказал он, отстраняясь от Сони.
— Егор, я бы не хотела портить момент, но нужно поговорить о том, что произошло утром, — садясь в машину, сказала Соня. — Мне страшно туда ехать.
— Я честно думал, что это сосед. — после некоторого молчания сказал Егор. — Чуть морду ему не подрихтовал. Но я нашёл записи с камер. Он и правда хотел пройти, искал водку, но замок не смог вскрыть. Больше никто не заходил, я записи себе слил, сейчас вот хотел ещё раз пересмотреть.
— Может, мне показалось, — неуверенно пожала плечами Софья.
— А вот замок был вскрыт, но когда — сказать сложно. Я ведь туда вообще не ходил. Но больше ты одна дома не остаёшься, и ещё я второй соседке, бабе Ане, позвонил, у неё внук столяр, он должен был новые замки врезать. Так что не волнуйся ни о чём.
