Словом, «Зеркальный вор» по идее должен дразнить, злить, а в конце концов неизбежно разочаровывать. Однако – и в этом состоит его безусловная уникальность, предопределившая громкий успех романа на Западе, – ничего подобного не происходит. Мартин Сэй обманывает нас девять раз из десяти, он умело и последовательно водит нас за нос, заманивает в самые глухие уголки выстроенного им лабиринта и там бросает без карты и GPS. Он теряет героев, казавшихся важными, на что-то туманно намекает, а главное – постоянно сыплет загадками без разгадок. Но всё это парадоксальным образом ничуть не раздражает – то есть раздражает, но только в первое время. Не получая подсказок от автора, мы – сначала с усилием, а потом всё больше и больше входя во вкус – начинаем изобретать собственные объяснения и интерпретации, достраивая и додумывая то, что Сэй оставил висеть в воздухе, и вдохновенно возводя из предложенного им материала собственные конструкции. И этот процесс радостного сотворчества, эта совместная игра в просторном, прекрасно обустроенном романном мире (так созвучная той игре, которую Стэнли Гласс на протяжении всей жизни ведет с книгой «Зеркальный вор») оказывается куда более увлекательной, чем чтение самого образцового романа с самой убедительной и доходчивой развязкой.
С живым классиком, одним из самых авторитетных писателей современной Америки Доном Делилло у российского читателя как-то не складывается – ни один из его романов (включая культовый «Белый шум») не стал у нас не то, что бестселлером, но даже и просто приметным событием, и даже знаменитый фильм «Космополис», снятый по книге Делилло Дэвидом Кроненбергом, не смог изменить ситуацию. У романа «Ноль К» шансов в этом смысле несколько больше, поскольку, в отличие от других текстов писателя, он отсылает к событиям нам по крайней мере известным – таким, как война на Украине и падение метеорита в Челябинске (последнее приобретает у Делилло совершенно гротескный эсхатологический характер, но это уже детали). Впрочем, едва ли и этот роман ждет в России громкий успех – слишком уж он странный, ни на что не похожий, не укладывающийся ни в какие типовые схемы читательских ожиданий.
Тридцатичетырехлетний Джефф Локхарт по приглашению отца, миллионера Росса Локхарта, приезжает в некое богом забытое место не то в Туркмении, не то в Казахстане. Здесь, в эпицентре «великого ничто» (с точки зрения американского читателя, разумеется), расположен очень странный научный институт: его сотрудники заняты тем, что замораживают тела смертельно больных людей, для того, чтобы вновь разморозить их, когда медицина найдет средство от их болезней. Джефф прибыл сюда проститься со своей мачехой – женой Росса Артис: она умирает от рассеянного склероза, и ей предстоит заморозка. Ожидание этого события занимает несколько дней, на протяжении которых Джефф вспоминает собственное детство (его родители развелись и он рос с матерью, а отца почти не видел), бесцельно слоняется по зданию института, и в конце концов понимает, что криозаморозка – отдающая научной фантастикой, но всё же укладывающаяся в рациональные рамки – лишь верхний слой происходящего в этом загадочном месте. На самом деле, институт, в который Джеффа привез отец, – это диковатый гибрид арт-объекта и мрачнейшего духовного ордена, главная цель которого – сберечь своих членов во время грядущего апокалипсиса. Провозвестники близящегося конца света (к их числу относится и злополучный челябинский метеорит) окружают посетителя со всех сторон в виде постоянно преграждающих путь выдвижных экранов, на которые транслируются кадры войн, террористических актов, эпидемий и тому подобных ужасов.
Вернувшись из этого неприятного места домой, в Нью-Йорк, Джефф пытается выстроить отношения со своей возлюбленной Эммой – педагогом в школе для детей-инвалидов, однако Эмма слишком поглощена драмой со своим приемным сыном Стаком. Стак, замкнутый аутичный подросток, которого Эмма десять лет назад усыновила в украинском приюте, одержим своим прошлым, отказывается ходить в школу, избегает людей и однажды бесследно исчезает. Потрясенная Эмма отдаляется от Джеффа, Джефф снова едет в загадочный институт – на сей раз, чтобы проститься с отцом (тот так и не сумел примириться с уходом жены и жаждет с ней воссоединиться в загробном крио-мире), и там ему неожиданно открывается трагическая судьба Стака, которая странным образом оказывается созвучна его собственной. Как и Стак, Джефф тоже осознаёт себя потерянным мальчиком, лишенным корней, одиноким и брошенным во времени и пространстве.
