Между тем, ситуация в прошлом развивалась в весьма предсказуемом направлении. Винсент, который в то время, вероятно, как раз «гулял», как он выразился совсем недавно, явно не имел иных дел, посему решительно вызвался сопроводить девушку, куда бы та не направлялась. Последняя, собственно, и не возражала, посему дальнейший путь они продолжили уже вместе.
Винсент из настоящего, все так же не поднимая глаз, резко и как-то нервно щелкнул пальцами. Обстановка, подчиняясь его действию, тотчас же изменилась, буквально перетекая одна в другую. Дома вокруг сменились сплошной стеной, пространство сузилось до размеров комнаты, в которой девушка без особенного труда смогла узнать ту, где жила, покуда не перебралась к Ричарду, а уж от него и в замок. На диване, стоящем возле стены самозабвенно целовались двое из прошлого. Татьяна неожиданно испытала некоторое смущение и, дабы не подсматривать за собственной личной жизнью столь варварским способом, предпочла последовать примеру своего спутника и опустить взгляд вниз. Никогда еще домашние тапочки не казались ей до такой степени интересными…
Спутник ее бездействовал, и Татьяна, которая изредка краем глаза все же поглядывала на сладкую парочку, обнаружила, что молодые люди медленно, но уверенно меняют положение с вертикального на горизонтальное, и не выдержала.
— Хватит, Винс. Я уже осознала степень нашей близости, более подробного ее изучения не хочу… Но почему я ничего не помню об этом?
Ответом ей послужил новый щелчок пальцев. Стены комнаты поплыли и, не прошло и двух секунд, как обстановка изменилась в третий раз.
Теперь это был дождливый день, серый и хмурый. Татьяна мигом почувствовала себя неуютно и недовольно поежилась.
— И что мы тут?..
— Смотри, — бормотнул хранитель памяти и, кивком указав на расположившуюся на скамейке парочку, тихо вздохнул.
— Ну, и что мы тут делаем в такую непогоду? — недовольно проворчала девушка из прошлого, взирая на своего собеседника, и Татьяна невольно подумала, что, видимо, не так уж сильно и изменилась с тех пор. Винсент из прошлого тем временем тяжело вздохнул.
— Прощаемся, как это не прискорбно.
— В каком… смысле? — девушка явственно напряглась. Ее собеседник помрачнел еще больше.
— Это все очень сложно, милая, но я не могу более оставаться здесь… Понимаешь, мой хозяин… я к нему привязан, и без его ведома дольше чем на три месяца отлучаться не могу. Я должен вернуться, иначе окажусь там против своей воли, а это…
— Что за бред ты несешь?! — девушка, не дослушав оппонента, вскочила, одаряя его возмущенным взглядом, — Раз уж решил меня бросить, то хотя бы…
На сей раз мужчина не дал ей закончить. Рывком поднявшись на ноги, он резким движением прижал девушку к себе, закрывая ей рот поцелуем. Затем отстранился и, пристально глядя ей в глаза, тихо-тихо, едва слышно (Татьяна была уверена, что расслышала его лишь благодаря способностям своего спутника), прошептал:
— Забудь меня. Меня никогда не было в твоей жизни, в твоей судьбе, мы не были и не будем знакомы. Прощай.
Договорив, он выпустил собеседницу из объятий и, перемахнув через лавочку, скрылся в кустах. В воздухе, незаметно для девушки из прошлого, но ясно видимый для ее настоящей копии, мелькнул львиный хвост. Среди шума дождя едва слышным шелестом растаяли последние слова только что испарившегося из жизни девушки молодого человека: «Люблю тебя…». Татьяна из прошлого недоуменно огляделась и, явно не понимая, что делает здесь в такой дождь, тряхнула головой и медленным, неуверенным шагом, направилась прочь. Дважды она обернулась, будто ища кого-то взглядом, но затем все-таки покинула такой негостеприимный сейчас парк. Лицо ее было печально.
— Этого я не видел, — послышался за спиной девушки из настоящего озадаченный голос хранителя памяти и, вопросительно обернувшись на него, она неожиданно вновь обнаружила себя в знакомом до боли подвале. Винсент взирал на нее явственно непонимающе и, вместе с тем, с каким-то странным подозрением.
— Ты что же, не забыла меня?
Все романтическое настроение, навеянное сценой лирического прощания, сдуло, словно ветром. Татьяна приземлилась на львиную подстилку и, почесав в затылке, воззрилась на собеседника с едва ли не большим непониманием во взгляде.
— Ты о чем? Я ведь сказала тебе, что не помню, откуда могла тебя знать.
— Тогда почему ты такая расстроенная из парка ушла, а? — Винсент скрестил руки на груди и претенциозно нахмурился.
— Холодно мне, может, было! — фыркнула девушка, хлопнув себя по коленям, — Откуда я знаю, почему она, та я, в смысле, расстроена была? И вообще, вот умеешь ты момент испортить, а… Я ожидала вообще-то продолжения романтической сцены и нежных признаний, — сообщив это, Татьяна, по примеру собеседника, скрестила руки на груди, — И где? Я жду!
Винсент слегка вздохнул.
— Тебе не кажется, что Роман на тебя плохо влияет? — и, не дожидаясь ответа, он опустился рядом с девушкой на подстилку, переводя взгляд на плохо освещенную стену. Голос его, когда он вновь заговорил, прозвучал глухо.
