– Сенмут! Мы с Несхи тебя заждались. Мне приснился Бог Амон и сказал, что хочет, чтобы я немедленно начала строительство нового храма в Карнаки. Этот храм должен затмить все существующие… Мы с Несхи сейчас обсуждаем этот вопрос…
Утро следующего дня ярко осветило Фивы. Главный храм Бога Амона был переполнен людьми. Торжественная церемония началась с выноса золотой ладьи Великого Бога Амона.
В окружении прославленных ветеранов военачальников, Сененмута и старейших верховных сановников Египта в центре храма стояла Хатшепсут.
Бритые жрецы в белых одеждах, несшие золотую барку со статуей Амона, проходя мимо Хатшепсут, вдруг почувствовали сильную слабость в ногах и рухнули на колени прямо возле царицы.
Все ошеломленно застыли. В храме повисла тревожная тишина, и вдруг, словно с небес, раздался голос жреца-оракула:
– Великое знамение! Сам Бог Амон благословляет Хатшепсут на царство. Отныне правителем Великого Египта – Нижнего и Верхнего – объявляется Хатшепсут Маат-Ка-Ра…
Верховное жречество, выдающиеся военачальники, аристократия, писцы, все представители интеллектуальных и передовых кругов общества, издали единый изумленный возглас, потонувший в бурном ликовании. Все наперебой кинулись поздравлять новоявленную царицу.
Стоявший на почетном месте, отстраненный от власти Тутмос III, подросток в царском головном уборе, ломающимся голосом возмущенно воскликнул:
– А как же я? Ведь я царь!
Немногочисленная свита малолетнего царя недовольно зароптала:
– Это незаконно, а как же Тутмос III?
Тот же оракул провозгласил:
– Бог Амон оказывает великую честь Тутмосу III и призывает его на жречество в свой храм.
Новость мгновенно распространилась среди народа, и Хатшепсут вышла из храма под радостные крики писцов и трудового люда. Толпа подхватила золотую колесницу с Хатшепсут и понесла на руках к дворцу.
На радостях в Фивах устроили великий пир.
Было испечено много пирогов, приготовлено мяса и других разных яств. И выставлено огромное количество ведер вина и любимого народом напитка – пива.
Усталость взяла свое, Диана с Матвеем так крепко спали, что не услышали звонка будильника.
Первым проснулся Матвей и, взглянув на экран мобильника, закричал:
– Вставай, скоро Саид приедет…
С великим трудом Диана открыла глаза. Жутко затекла шея, и ее невозможно было повернуть.
– Сколько времени? – простонала она.
– Уже девять! – воскликнул Матвей, скатывая спальный мешок.
Испуганно ойкнув, Диана выползла из спальника.
– Мы не успеем ничего сделать, Саид будет орать…
Сворачивая вещи, Матвей пробормотал:
– Перебьется, скажем – устали и проспали, пусть орет…
– А мы так толком ничего и не посмотрели, – сокрушалась Диана.
Почти бегом они поспешили к выходу.
Едва они подошли к завалу, как в шахте послышались голоса.
Первым появился Семен Крутиков. Он впился взглядом в Матвея, затем перевел испытующий взгляд на Диану.
– В тайнике были? – коварно шепнул он.
Ответа не последовало, появился недовольный Саид. Увидев нетронутый завал, он заворчал:
– Так и знал, что вы ничего не сделаете…
– Совести у тебя нет, – накинулся на него Матвей. – Мы устали как черти, шакалы тут всю ночь выли…
– Слуги Анубиса, – почтительно согнул спину Саид.
– Они самые.
Эльза отвела Диану в сторонку.
– Ну как он? – кивнула она в сторону Матвея.
Диана удивилась.
– Что ты имеешь в виду?
На лице Эльзы появилась двусмысленная улыбка.
– Ты думаешь, я не поняла, зачем вы остались вдвоем…
– Вас выручали, вот и остались.
– Ладно, не хочешь, не говори, – поджала губы Эльза. – Не думала, что ты такая ханжа.
– Вот если бы вы здесь с Борькой вдвоем на ночь остались, то поняла бы, как здесь страшно, совсем не до флирта.
Недоверчиво фыркнув, Эльза промолчала и отстала от нее.
– Ахмед еще три дня дал, – сердито процедил Саид. – Так что сегодня ночевать в гостиницу поедете.
Матвей с Дианой украдкой переглянулись.
– Разве вместо нас другие не останутся здесь, вот Семен напрашивался вчера. – Матвей язвительно подмигнул Крутикову. – Не хочешь остаться?
Семен Крутиков завертелся вьюном.
– Один – ни за что! С удовольствием останусь, только в вашей компании, – мстительно прошипел он.
Возвратившись в отель, Диана с наслаждением долго плескалась под душем. В столовую они с Матвеем пришли поздно, когда все уже ушли. После ужина побрели на берег, подышать морским воздухом.
Недалеко от берега, в окружении мужчин, игриво повизгивая, резвилась в воде Эльза.
Сидя на теплом песке, Диана с Матвеем наблюдали за ними.
– Интересно, кто же из них оборотень? – вздохнул Матвей.
– Не знаю, – задумчиво пробормотала Диана. – Иногда мне кажется, что это Семен, а иногда – что Марецкий.
– Скорее уж тогда Семен, – бросил писатель. – Уж больно он шустрый, и вашим, и нашим за сто рублей спляшет.
Диана возразила:
– Да, он мерзкий, хитрый, но голос, кажется, не его. А мне, между прочим, сегодня царица Хатшепсут приснилась, – засмеялась она и вдруг вспомнила: – Кстати, а мне Сибилла как-то в Москве проговорилась, что она в другой жизни была царицей Хатшепсут, интересно, откуда ей стало известно про царицу?
– Я ей сказал…
