— С самого начала мы навязались к Кейелу в спутники. Сейчас он скомандовал уходить — мы ушли. По доброй воле ушли. Ив, хочешь вернуться и убить балкора — вернись и убей сама, но Кейел лично тебе ничего не должен. В принципе, как и каждому в Фадрагосе. Мне кажется, это все вы ему нехило задолжали. И если бы не моя дурацкая просьба, — взглянула на Роми, приподнимая подбородок, — метка подчинения все еще была бы на твоей груди. Имейте совесть, ребята, и не наглейте. Есть предложения — предлагайте, а обвинения… — Заозиралась и указала в сторону. — Мне хватит сил, растопить вам снега, и обвиняйте тогда отражение в луже. Проверяла лично, это здорово вправляет мозги и отрезвляет.
Вскочила, стараясь не смотреть на Кейела и Елрех. Вслед донесся вопрос хриплым голосом:
— Куда ты?
— По нужде, — без заминки ответила и поманила к себе Феррари.
Этой ночью мы не перекинулись больше ни словом о севере и делах. Я засыпала, расположив голову на бедрах Кейела и наслаждаясь осторожными прикосновениями — он перебирал мои волосы, иногда гладил плечо, сжимал его. Несколько раз будил меня, и я в полудреме прикладывала руку к стылой земле, желая увидеть мир. Духи летели под землей, немного над ней, играли с легким ветром, показывая мне жизнь: корни деревьев; корешки трав, крепко спящих и терпеливо ожидающих хоть немного тепла; пушистых шиншилл, копошащихся в теплых норках; преследователей с ручными волками, передвигающихся в ночи неспешно, тихо и аккуратно. Последних я «увидела» во время четвертой проверки. Вздрогнула; дремота мгновенно исчезла. Я приподнялась, упираясь руками в помятое, не особо спасающее от холода покрывало и осмотрелась. На небе все еще мерцали звезды, костер горел приглушенно, слабо. Девушки спали, а Роми, обнимающий Елрех, приподнял голову и следил за мной и Кейелом. Я нахмурилась и кивнула ему приветствуя. Уселась удобнее и стала растирать щеки. Холод проникал под одежду, не позволял расслабиться. Может, снять сапоги? Неоднократно ведь проверяла, что так легче.
Не сняла. Наспех собирая вещи, попросту забыла обо всем. Уходили быстро и молча, направлялись в Ледяную пустошь. Я укрепила себя ремнями на Феррари, догнала Кейела и попросила присмотреть за нами — была уверена, что лиертахон не ослушается Вольного. Прижавшись щекой к горячей шее девчонки, позволила себе закрыть глаза и задремать. Часто просыпалась, забывая о ремнях и боясь свалиться, но заставляла себя заснуть снова. К обеду от прерывистого сна разболелась голова, и я не стала больше усердствовать. Зато в эту ветреную ночь Кейел выспался, пока я следила за обстановкой.
Преследователи отстали только на пятый день, когда мы успели изрядно вымотаться. Редкие остановки, беспокойный сон, скудная еда и постоянный холод отнимали силы. В моменты, когда шквалистый ветер швырял в лицо колкий снег и не позволял волкам двигаться дальше, а от стужи ломило кости, приходилось останавливаться. В сильную метель мы боялись потеряться в нескольких метрах друг от друга, поэтому садились посреди пустоши в тесный круг и, если можно так назвать, отдыхали. У ледяных стен мы наткнулись на обглоданный труп молодой эльфийки, и отказались от стоянки. Север не терпим к слабым. Однако в передвижении среди лютого мороза и жестоких испытаний отыскивалось нечто приятное. Теперь я чувствовала то, что с рождения ощущали ребята. Теперь понимала, почему, покидая теплые регионы, их одолевал страх и тоска. Слабые отголоски энергии чувствовались трепетом в груди, манили к себе. Объединившись с духами и усиленная Единством, я ощутила бодрость и тягу к теплым регионам гораздо раньше ребят.
Толстый лед, уходящий глубоко под землю, заканчивался ровной протяженной полосой. Завидев ее издали, мы ускорились, будто открылось второе дыхание. Твердая земля под ногами, припорошенная тонким слоем снега — обрадовала, как кусок хлеба после долгой голодовки. Впервые за все дни в пути солнце показалось теплее. Впервые за все дни Ив улыбнулась.
Не жалея сил, я еще раз проверила местность, убеждаясь: преследователи отстали. Кейел, стоявший рядом, вздохнул спокойно и подарил нам роскошь:
— Найди ближайшее озеро, и если возле него все спокойно, разобьем лагерь.
Я встала и глянула на небо. Заметила вслух:
— Еще даже не полдень.
— Значит, у нас будет день и ночь, чтобы отлежаться.
Небольшое озеро отыскалось в лесу, в трех часах ходьбы от Ледяной пустоши. Перепад температуры почувствовали еще на полпути к стоянке. В куртках было жарко, без них — холодно, солнце напекало в голову. Снег исчезал, а тонкая корочка льда, покрывшая землю за ночь, таяла. Влага насыщала воздух, и, в отличие от сухого морозного, его хотелось вдыхать вечно. Дышать запахом земли, прелых трав и неповторимой свежестью весны. На этом участке она, кажется, была вечной. Наверное, только в пасмурный день тут холоднее обычного.
