Жуткое совпадение, но именно в этот момент глубоко в погребе, за закрытыми дверьми, чья‑то огромная рука на доли секунды ослабила хватку, и испуганная госпожа Тук смогла вырваться из лап обидчика. В кромешной тьме, жадно дыша от страха, она завопила что есть мочи.
– На помощь! Ральф! Помоги мне! – отбивалась руками, кричала она. – Кто здесь? Что вам нужно? Немедленно выпустите меня!
– Заткнись! – хлестким ударом в лицо ответил незнакомец. – Уймись, лгунья! – он толкнул ее в стену, и та, корчась от боли, сползла на пол. – Не ори, все равно никто не услышит! – последнее было сказано шепотом, даже показалось, что в унисон с его словами где‑то в темноте заржал конь.
– Что вам от меня нужно? Я беременна, прошу, пощадите меня!
Ощупывая все, что было рядом, Сара искала, чем защититься.
Даже без света она хорошо ориентировалась в подвале. Два помещения, разделенные дверью, низкие потолки, пропахнувшие квашеной капустой и плесенью стены и песчаный пол. Ничего необычного, в каждом доме есть такой погреб.
– Что я вам сделала? – молила она. – Мой муж найдет меня, и вам не поздоровится, он дружит с бургомистром, они повесят вас на площади, если со мной что‑то случится. Отпустите!
– Тук‑тук‑тук, – послышался глухой звук в ответ.
– Что это? Зачем вы стучите по бочкам? – настороженно спросила Сара. – Да кто вы такой?
– Тук‑тук‑тук… В кромешной тьме незнакомец что‑то искал, а, услышав полый звук, сильным ударом проломил доску. Послышался хруст дерева и едва уловимое конское ржание в углу подвала. В одной из бочек оказался тайник. Аккуратно извлекая вещи, незнакомец разложил их на полу: масляный фонарь, кожаный мешочек с чем‑то твердым и теплым внутри, ступка с пестиком и завернутая в белую ткань мумия. У той не хватало половины туловища.
– Что ты задумал? – шептала Сара, пытаясь понять, что происходит. – Не молчи, мерзавец! Ральф! На помощь!
– Мерзкое чудовище! – разворачивая засушенный труп, прошептал незнакомец. – Это же ребенок! Как ты могла?
– Кто ты? – с испуга прошептала Сара. – Назови себя, трус?
Обидчик взял фонарь и чиркнул огнивом. Разгораясь, тот осветил погреб.
– Господи, что с тобой случилось? – прошептала Сара. – Ты весь в крови!
– Не узнаёшь? – Том поднял лампу, и свет упал ему на лицо.
Саре открылось омерзительное зрелище: длинный рот мужчины застыл в дьявольской улыбке, вместо глазниц – сморщенные рубцы, вместо носа – кости черепа. Ни ушей, ни волос – ничего, кроме шрамов и сукровицы.
– Кто тебя так? – прошептала госпожа Тук.
– Доверился парочке лжецов! – рассмеялся призрак. – Ты правда меня не узнала, Сара Тук?
– Нет, – она испугано замотала головой. – Выпусти меня, обещаю – буду молчать…
В этот момент послышался еще один низкий голос в темном углу подвала. Едав различимый, неразборчивый, похожий на лошадиное ржание. Уродец внимательно прислушался, и, когда вновь стало тихо, подошел вплотную и поднял фонарь.
– Он сказал «присмотрись»! – расплывшись в улыбке, велел обидчик.
Словно испарина, кровь проступила по всей его голове. Собираясь в струйки, она, как чернилами, рисовала контуры: сначала появились глаза, затем брови, подбородок, скулы – до тех пор, пока кровавая маска не стала узнаваемой.
– Том Чатэр, это ты? Но как? – она побледнела от ужаса. – Ты же умер?
– Месть – удел сильных, Сара, – строго сказал призрак и ударил ее по лицу. – Говори, зачем тебе труп ребенка, ведьма?
– Я беременна, умоляю тебя, отпусти! – взмолилась она. – У тебя же у самого дети, пощади меня, Том!
– Не пытайся меня разжалобить! – стоял на своем призрак. – Говори ведьма, чем ты здесь занималась?
– Прошу тебя, отпусти, я никому ничего не расскажу!
– Заткнись, лгунья! – вслушиваясь в странный цокот в темном углу, закричал призрак. – Он сказал, ты умрешь без мук, если скажешь, откуда у тебя эти вещи.
– Что значит умру? Я не хочу умирать! – в истерике закричала Сара. – Что происходит?! Отпусти меня! Ральф, помоги!
Не обращая внимания на вопли женщины, Том вернулся к разложенным на полу предметам. Жадно глотая воздух, Сара упала на колени и схватилась за низ живота. Призрак еще раз ткнул пальцем в вещи из тайника и вновь приказал озвучить правду.
– Если ты будешь молчать, он отнимет жизнь сына в твоем чреве. Ты меня услышала?
– Умоляю, отпусти меня, Том, – продолжала причитать Сара.
Вытянув руку, призрак заметил, что сукровица перестала сочиться и рука стала прозрачной. Тогда он резко встал и с силой вонзил прозрачную кисть в живот бедняжки.
– Говори правду, ведьма! – закричал он, сдавливая крохотное тельце ребенка в ее чреве.
От резкой боли Сара потеряла сознание, а когда хлесткие пощечины привели ее в чувство, трагедия уже свершилась. На песке лежал крохотный малыш. Слезы сами потекли по щекам. Зажимая низ живота, госпожа Тук отползла в сторону, умоляя пощадить ее, но призрак не реагировал, он, словно кукла в чужих руках, нашептывал заклинание над камнем в кожаном мешке. Не сразу, но на коже стал проявляться рисунок, три шестипалые кисти с оттопыренными большими пальцами. Рисунок источал едва уловимые ниточки дыма. Призрак положил артефакт на кроху.
