При этих словах в пещере воцарилась такая тишина, что слышно было только негромкое потрескивание костра. Ирионус и Артур переглянулись. Да, они подумали об одном и том же. Это, верно, был тот самый неумел, который оказался в Воронесе тогда, когда туда прибыл Совет Четверых в надежде найти свиток раньше Вингардио. Он был там все время и притворялся, что ни на что не способен, в то время как сам восстановил все свитки библиотеки и спокойно дожидался приезда своего господина. Именно он крутился все время рядом с ними и подслушивал их разговоры. Именно он мог услышать, что Ирионус направляется в Делию к своей жене и сыну. Но все остальное было непонятным. Зачем убили Иоанту? Кто отправил Вингардио в пещеру? Наконец, кто покушался на жизнь Артура, и кто поместил их в это ужасное место, непригодное для жизни?
— Я всегда думал… Я был уверен, что неумелы… Не способны обучиться нашему языку…
— Наша беда в том, что мы порою, превознося свои собственные способности и добродетели, не можем увидеть их в окружающих. Самый слабый и ничтожный может быть первым среди первых. Думаю, невежество начинается с излишней гордости. Арио Клинч умел все, и лишь естествознательство было ему недоступно. Думаю, это связано с тем, что единороги дали силы именно человеку, а он таковым не являлся. Вот почему я мог доверить ему написание любых свитков, не боясь, что он использует их против меня.
— Если Арио Клинч и восстановил последний свиток единорогов, который возвращает силу, то я не смог его обнаружить, хотя просмотрел в библиотеке каждый угол… Может быть, неумелу все-таки не стоило доверять, и он обманул нас всех? — воскликнул в сердцах Ирионус, глядя на горящий костер.
Вингардио с грустью посмотрел на своего бывшего ученика.
— Жаль, что ты не услышал меня. Я сказал, что он был мне истинным другом, а это значит то, что он бы скорее пожертвовал собой ради меня, но никогда не предал бы. Мы порою превратно понимаем такие понятия, как «дружба», «любовь»… Наше извращенное видение не позволяет нам придавать им правильный смысл.
— Ты же сам говорил, что использовал его, — пожал плечами Ирионус.
— Вначале так и было. Но в любом деле, если думать только о себе, ничего не получится. Если мы ищем друзей, чтобы
— Но зачем тогда он сжег мой дом? — почти с яростью выкрикнул Ирионус. Впрочем, эту фразу мужчина сказал скорее в сердцах, от избытка переполнявших его эмоций. Ведь было понятно, что в Делии на него напал вовсе не карлик, а человек, являвшийся естествознателем, который казался при этом куда более могущественным, нежели обычный ученик Вингардио.
— Мы с тобой этого не знаем, — просто ответил бывший повелитель естествознателей. — Кстати, а зачем
— Чтобы… Чтобы уничтожить его. Или… Вернуть единорогам, — дрожащим голосом ответил профессор Каучук. Артур с удивлением посмотрел на своего отца. Ему почудилась неуверенность в его ответе.
— Порою наши благочестивые цели настолько затмевают все остальное, что мы уже ничего не видим, кроме них. Это тоже может отвернуть от истинного пути.
Ирионус неуверенно кивнул, соглашаясь.
— Не печальтесь, — продолжил Вингардио. — Хоть это и грустное место, но все же не самое грустное из всех возможных. Тем более, что у вас есть шанс вернуться.
— Что? — воскликнул Ирионус.
— Как я и сказал. Господа, вы ведь уже познакомились с пещерой? Поистине великолепное творение единорогов…
— Как нам выбраться отсюда? — поспешно спросил Ирионус, перебив своего бывшего наставника.
