Артур показал Диане жестом, чтобы она выбиралась к нему, но девушка как-то странно покачала головой, почти вплотную прижавшись к стеклу. Артур сжал кулаки. «Пожалуйста», — попросил он ее про себя. Триумфия в этот момент уже вылезала наружу. Она не разделась до купального костюма как остальные, а осталась в своем длинном балахоне, который она обычно надевала поверх формы, никак не желая с ним расставаться. Легвильду она объяснила это тем, что у нее экзема. И теперь ее балахон как пузырь оборачивался вокруг нее, но, тем не менее, она плыла, хоть всегда и жаловалась, что не умеет этого делать.
Вот Триумфия очутилась уже рядом с Артуром. Ее лицо горело решимостью, и она тянула юношу наверх, но Артур не двигался с места. Его взгляд был прикован к бледной фигуре за стеклом. «Что с тобой такое?» — про себя думал Артур, пытаясь разгадать неподвижное лицо Дианы. Девушка сжала губы. Было видно, что лицо ее покрылось по́том, как если бы в капсуле было очень жарко. Олеастры окончательно потухли, и только некоторые продолжали еще таинственно поблескивать в предсмертных судорогах.
Артур показал знаком Триумфии, чтобы она плыла наверх. Та согласно кивнула и устремилась ввысь. Артур постучал рукой по капсуле, с нервным волнением ощущая, как к нему приходит жажда глотнуть воздуха. Помимо этого досадного факта, он стал замерзать, так как здесь вода была еще холоднее, чем там, где он выбрался из капсулы. Виной тому, вероятно, была черная пещера, выглядывающая прямо за глубоководной капсулой; из ее черной глотки так сильно тянуло холодом, что у Артура начало сводить ноги. Мальчик на секунду отвлекся от Дианы — таинственный грот притянул его взгляд. Бурые, словно окрашенные кровью водоросли прикрывали вход в него, но вот растения всколыхнулись, и что-то громадное стало неторопливо вылезать из пещеры.
Сначала появились мохнатые щупальца, которые вытягивались на целый единометр вперед. Диана тоже увидела
Тем временем чудище уже наполовину вытащило свою тушу — огромное брюхо, поросшее маленькими жесткими волосками. У него было десять маленьких глазок, смотревших в разные стороны.
Наконец Артур с Дианой покинули злополучную капсулу, которая могла навсегда похоронить их обоих на дне озера. Артур не оглядывался назад, посему он даже не мог видеть, как одно из щупалец тянется к ним, но в другое мгновение замирает и безвольно опускается на дно. Мальчик старался вытянуть Диану, которая плыла в целом неплохо, но чувствовалось, будто что-то ей все время мешает. Продвижение обратно к капсуле Тина было куда более медленным, чем мог предположить Артур. Они захлебывались водой и изнемогали от холода, а легкие Артура буквально разрывались от боли. Вдобавок ко всему, он перестал ощущать свои ноги — так сильно они у него замерзли.
Он почувствовал невообразимую радость, когда перед ними показалась капсула, в которой их ждали взволнованные Тин с Триумфией. «Мы справились…» — счастливо подумал мальчик, когда Диана скрылась в спасительной капсуле. «Мы справились…» — про себя повторил он, даже когда силы окончательно оставили его, и он стал падать вниз, на глубину, где свои черные недра разверзла таинственная гора под названием Тауранка…
Все происходившее в дальнейшем Артур плохо помнил. В какой-то момент он очнулся и обнаружил себя лежащим на мешке в капсуле, живым и невредимым. Было очень тесно, но ребятам так было даже лучше — они согревали друг друга. Тин и Триумфия в одиночку управляли их маленьким суденышком.
Затем перед глазами опять пронеслась череда каких-то незначительных событий, которые походили на странный сон.
