Оглядываясь, как бы Лохматый не увязался следом, мы вышли из Далёково. В руках помимо толстой книги о спутниках я теперь держала ещё и баночку с обесцвечивающим раствором. Лучше родителям всего этого не показывать, а то начнутся ненужные расспросы. Было решено запрятать мои трофеи там, где я смогу их быстро и незаметно взять.
— У тебя есть такое место? — спросил Тимофей.
— Ну, должно быть, — я пожала плечами, прикидывая в уме подходящий тайничок.
— Желательно, чтобы оно было на улице, — сказала Женя, — там, где твоё появление не будет подозрительным.
— И там, где никто никогда не убирается, — добавил Лёша.
— Где-нибудь в огороде? — предложила я.
— Хочешь сказать, что огород сам себя полет и поливает? — мотнув головой, возразила Женя. — Там нельзя ни в коем случае!
— Сарай у тебя есть? — спросил Фей.
— У кого в деревне нет сарая? — удивился Лёша.
Я покачала головой:
— В сарае Василиса часто лазает, опасно.
Мы замолчали, размышляя, где же ещё можно устроить тайник.
— Чердак, — вдруг вспомнила я, — там столько вещей, что глаза разбегаются!
— А не будет странно, если ты полезешь туда? — усомнился Тимофей.
— Нисколько, я люблю там сидеть, мои это знают, — довольная идеей, ответила я.
— И как ты собираешься залезть на чердак, не показавшись кому-то на глаза вот с этим? — Лёша кивнул на книгу и баночку.
Я помрачнела. Шелтон был прав — чтобы забраться наверх, нужно зайти в дом. А какой смысл в таком тайнике, если не получится незаметно пронести туда что-нибудь? Нужно думать дальше.
— Я понятия не имею, — сдалась наконец я.
— А я имею, — вдруг обрадовался Шелтон.
Красноглазый хитро прищурился, будто дразня.
— Ну? — поторопила Женя.
— Дай это мне, — барским тоном произнёс оборотень и протянул руки.
Я вручила ему раствор и книгу, юноша остановился, поставил их на землю и открыл баночку. Мы молча наблюдали за тем, как парень, макнув пальцы в обесцвечивающий раствор, тонким слоем обмазал сначала книгу, а потом и саму ёмкость. Предметы исчезли на глазах!
— Ты гений, — не выдержала я, и Лёша заулыбался, будто кот, которого почесали за ушком.
— Руку, — скомандовал парень.
Я удивлённо протянула ему свободную руку. Шелтон фыркнул и взял моё заколдованное запястье. Быстрым движением он прошёлся пальцами по ниточке, что выглядывала из кулака, и она тоже обесцветилась.
Было странно нести что-то, но, опуская взгляд, видеть лишь собственные руки.
Оборотень отобрал у меня невидимые предметы:
— Обязательно спалишься. А вот я — нет, — высокомерно заявил он и зашагал вперёд.
Мы с Женей закатили глаза, но возражать было глупо. Всё-таки, парень прав — обесцвеченные предметы занимали довольно много места, а к Лёше как-то особенно близко никто из моих приближаться не станет.
Мы вышагивали в сторону моего дома уже примерно полчаса. Усталость больше не стояла скромно в сторонке, а ясно давала о себе знать. От долгой ходьбы начали болеть ноги и закололо в боку, а в горле было сухо, словно я целую вечность провела без воды.
— Ты как? — спросил Тимофей, когда я в очередной раз споткнулась на ровном месте.
— Нормально, — почти не разжимая губ, ответила я.
— Нормально — это как я, — возразил Лёша, — а ты явно не нормально.
— Ну… немного устала.
— Немного — это тоже как я, — гнул своё Шелтон.
— Я уже целый день из леса не выхожу! — пожаловалась я и снова споткнулась о выступающие корни, едва не упав на землю.
— А мы тут живём, так что не ной, — юноша хмыкнул.
— … сказал человек-лис! — фыркнула я. — Для обычного человека твой аргумент не аргументный.
Никогда ещё я не была там рада замаячившим впереди крышам залесьевских домов. Сумерки пока не намекали на скорое наступление ночи, но в воздухе уже чувствовалась вечерняя прохлада.
— Ещё раз всё обсудим, — произнесла Женя, и мы пошли чуть медленнее.
— Я была у речки за домом, — начала я.
— Мы с Женькой увидели тебя и позвали к себе в гости, — подхватил Тимофей.
Все повернулись к Лёше. Лениво жуя длинную травинку, он закончил:
— Я пришёл в Далёково, и мы провели безудержно весёлый день у вас дома.
— А что мы делали? — спросила Женя.
— Играли в волейбол на улице, — предложила я.
— Смотрели фильм, — добавил Шелтон.
— Какой? — уточнил Фей.
— Ммм… Шерлока? — неуверенно ответил оборотень.
— Шерлока много, какого именно? — спросила я.
— У тебя настолько дотошные родители? — удивился Лёша.
Я пожала плечами:
— Лучше уточнить такие мелочи заранее. Так какого?
— Чёрта или Шерлока? — пошутил юноша.
— Давайте нашего, — бросил Фей, и мы одобрительно закивали.
— А потом вдруг посмотрели на часы и поняли, что времени уже ого-го, — сказала Женя.
— И теперь идём к твоим родителям, чтобы они отпустили тебя на Центральный, — завершил наш гениальный план Тимофей.
Теперь мы шли молча, с сосредоточенными лицами. Глянуть со стороны — обхохочешься! Только мне весело не было совершенно. Изнутри всю колотило, будто во время болезни, ноги подгинались, а тело ныло от пока что невидимых ссадин. Лёша легонько толкнул локтем и состроил гримасу, заставив улыбнуться.
