Шелтон уже успел приноровиться — если бы я не знала, то ни за что бы не подумала, что красноглазый держит что-то в руках, так естественно он выглядел. Ну полная противоположность мне! Улыбка, которую у меня вызвал только что Лёша, теперь была натянутой, а уголки губ то и дело дёргались вниз. В конце концов я не выдержала и сделала лицо попроще, однако парень не оценил:
— Такая уны-ылая, — недовольно протянул он, — будто у тебя конфету отжали в песочнице.
Впереди показался мой дом. В куче песка возле забора копалась Василиса. Завидев нас, девочка привстала и, подумав немножко, спрыгнула на землю.
— Всё очень плохо? — спросила я, легонько потрепав её за волосы.
— Мама ни слова не сказала, — ответила сестра таким тоном, будто произнесла: «
Да, я понимала. Обычно молчание со стороны мамы — это как затишье перед бурей. Пару раз я видела реакции родителей моих школьных друзей на какие-то их выходки, но это было совсем не так, как у меня. Мама никогда не кричала с порога. Сначала она молчит. Спустя какое-то время (зависит от тяжести проступка) начинает говорить тихо и спокойно о том, понимаю ли я, как они с папой волновались и как я их подвожу таким поведением. А потом выгоняет Василису куда-нибудь побегать, и начинается самая интересная часть представления. Надеюсь, этого мои друзья не увидят.
— Значит, даже хуже, — вздохнула я, — сиди тут, играй.
Васька мотнула головой и первой зашагала к дому. Я ещё разок вздохнула и пошла за ней, кивнув своим товарищам.
Пёс поднял на нас голову и, втянув носом воздух, зарычал. Лёша оскалился и почти неслышно рыкнул на него в ответ. Собака, заскулив, замолкла в своей будке.
— У нас взаимная неприязнь, — шепнул парень мне на ухо, — ну, понимаешь, лисы с псами не очень дружат.
На лавочке возле самого дома нас встретил мой папа:
— Здрасьте.
— Привет, — ответила я, — а где мама?
— Читает в комнате, — тем же тоном, что и Вася, ответил он.
Но мама уже и сама показалась в дверях, видимо, услышав нас. По её лицу стало ясно, что она с нетерпением ждёт объяснений.
— Привет, — повторила я, но ответа не дождалась, — в общем, я пошла на речку у нас за домом…
— И мы её там увидели, — Тимофей, видя моё напряжение, взял инициативу в свои руки, — простите, что не предупредили, мы как-то не подумали об этом, когда потащили Лесю к себе в гости.
Мама медленно кивнула, но выражение её лица не смягчилось ни капли.
— Можно, Олеся пойдёт с нами на Центральный пляж? — робко спросила Женя.
— Я так не думаю, — сказала мама, и я почувствовала, как сердце ёкнуло, — эта юная леди нагулялась сегодня сполна.
— Мы ненадолго, — вставил своё слово Лёша, кинув недовольный взгляд на снова зарычавшего пса.
— Она никуда не пойдёт, — твёрдо произнесла мама и скрестила руки на груди.
— Но мам… — начала было я, однако смолкла под суровым взглядом.
— Быстро в дом, — тихо приказала она.
Я с надеждой посмотрела на друзей.
— Я сам приведу Олесю домой к девяти часам вечера, — уверенно сказал Лёша.
Пёс рванул из своей будки и, заливаясь лаем, бросился на оборотня. Шелтон отскочил в сторону, но собака так и не достала до него — толстая цепь не позволяла добраться до заветной цели. Пёс полоскал лапами воздух в паре метров от нас, лаял и скалился.
— Эй, эй! — прикрикнул на него отец. — Тише! Фу!
Лёша подошёл ко мне с самым невозмутимым видом, но во взгляде его я ясно прочитала желание обратиться в лиса и поставить пса на место.
— Иди домой, — процедила мама.
Я ещё раз обернулась на остальных, но увидела лишь удивлённую растерянность на их лицах и поплелась к входу. Мама чуть подвинулась, давая мне пройти.
— Где была? — дружелюбно спросил дедушка, когда я вошла в нашу комнату и опустилась на кровать.
— В лесу, — хмуро ответила я.
Настроение совершенно упало. Наш план не сработал! Что теперь делать, надолго ли я тут застряла? Первый день проклятой недели вот-вот закончится!
— У Тимохи с Женькой? — прервал мои не самые весёлые размышления дедушка.
— Ага. А как ты понял?
Он кивнул на окно:
— Там и Лёшка с вами был. Подружились-таки?
— Не знаю, — честно ответила я, — он такой непостоянный!
Дедушка усмехнулся. Мы ещё немного помолчали, а потом он поднялся и негромко сказал:
— Я им говорил, чтобы тебя сильно не того, — он сделал многозначительную паузу, — не ругали, но я знаю, как ты любишь выёживаться. Леська, молчи и не лезь на рожон.
Я кивнула, а дедушка вышел из комнаты. Зато на смену ему в дверь проскользнула Василиса. Сестра подбежала ко мне и тихонько, будто боялась, что нас подслушивают, шепнула:
— Твои друзья просили передать, чтобы ты не волновалась, они что-нибудь придумают.
— Спасибо, — угрюмо поблагодарила я.
— Вася, выйди, пожалуйста.
В комнату вошла мама. Василиса быстро испарилась, и мы остались один на один. Помня дедушкин совет, я молчала, уставившись на руки.
— Ну и что ты хочешь мне сказать? — спросила мама, садясь рядом со мной на кровать.
Я ничего не хотела сказать, поэтому продолжала молчать.
