По-хорошему, Астрид имела все основания ненавидеть брата. Родители всегда любили его больше. Он унаследует отцовское дело, пойдет по его стопам и станет владельцем чуть ли не половины железных дорог в Кетере. Мартина, в отличие от нее, не ругали за непоседливость или шум. Его не называли дефектным и не заставляли каждые три месяца ездить к мисс Келли, чтобы поменять цвет глаз. Мартина не заставляли быть удобным для окружающих. Все это раздражало и злило.
Но злилась Астрид только на родителей. Даже если брат раздражал иногда, специально выводил ее из себя или дразнил, она почему-то не могла злиться на него долго. Астрид действительно любила этого раздражающего и одновременно с этим самого родного ей человека. И к своему ужасу, в последнее время она начала замечать, что любит его гораздо больше, чем ей следовало бы любить брата.
Она сама не поняла, в какой момент это произошло — наверное, еще задолго до Академии. Стоило только Мартину начать встречаться с Элизабет Бунгор — их раздражающей и заносчивой одноклассницей, Астрид тут же заревновала. Она изо всех сил пыталась убедить себя, что ей просто не нравится Элизабет, но глубоко в душе понимала, что ей не нравится, что Мартин принадлежит кому-то еще.
А потому сцена их расставания отпечаталась в сознании Астрид настолько ярким и приятным воспоминанием, что она с удовольствием прокручивала ее в голове раз за разом.
Когда одним чудесным летним утром Астрид спустилась вниз, она обнаружила в холле Элизабет. Вся разодетая в свое лучшее дорогущее платье, она держала в руках клубничный торт — явно довольно увесистый. Мартин стоял напротив нее и выдавливал из себя мучительную улыбку. Астрид презрительно хмыкнула. Встречаться с ее братом уже почти полгода и до сих пор так и не запомнить, что у него аллергия на клубнику? Элизабет была либо совершенно невнимательна, либо крайне эгоистична. Хотя в ее случае, скорее все вместе.
— Смотрите, кто пришел, — нарочито громко произнесла Астрид, давая понять голубкам, что они уже не одни. — Да это же Элизабет Бунгор собственной персоной. И какими нечистыми путями занесло тебя в наш дом?
Только Элизабет завидела сестру Мартина, как ее носик недовольно сморщился, а счастливая улыбка тут же пропала с лица. «Астрид», — процедила она сквозь зубы. Что ж, они никогда не ладили. И Астрид не собиралась доставлять ей такое удовольствие как провести время с Мартином наедине. Даже непонятно, кого ей хотелось позлить сильнее — своего братца или его подружку.
— У нас годовщина, Астрид, — попытался вмешаться Мартин, чтобы разрядить обстановку. Но сейчас его присутствие было не столь важно, как возможность поцапаться с Элизабет. Тем более, что она сама принесла повод прямиком на блюде.
— Правда? — изобразила искреннее удивление Астрид. — А я и не знала, что вы отмечаете всего шесть месяцев вместе.
Не похоже, чтобы Мартин тоже был в восторге от этой идеи. По крайней мере, он все еще был в домашней одежде, а в его руках явно не было подарка. Элизабет, кстати, тоже это заметила, но продолжала держать лицо и делать вид, что все идет по несуществующему плану.
— Ой, вы такая чудесная пара, — заворковала Астрид, краем глаза замечая, как напрягся Мартин. Он точно знал, что сестра не одобряет их отношения и терпеть не может Элизабет в частности. Так что сейчас он не ожидал ничего хорошего от этого милого тона.
Элизабет, впрочем, и сама держала ухо востро. Она подозрительно вглядывалась в движения Астрид, которая плавными танцевальными движениями обогнула ее, изучая торт в руках.
— Как жаль, что все ваши планы на сегодня накроются, если братец попробует твой тортик.
— С ума сошла? Я его что, по-твоему, отравила?
Извернувшись, Астрид зацепила пальцем крем с торта и слизнула его с пальца. Ужасный приторно-сладкий вкус. Хоть и готовила его явно не Элизабет, кондитер тоже не особо старался. Прежде чем Элизабет успела возмутиться, Астрид развернулась на каблучках, остановившись между ней и Мартином и поцокала языком.
— Ну конечно же нет. Ведь за полгода отношений ты прекрасно могла запомнить, что у Мартина аллергия на клубнику, — видя растерянный взгляд, Астрид победно усмехнулась. — Но, кажется, даже такую важную вещь ты упустила, Элизабет Бунгор.
Девица, кажется, серьезно растерялась, в какой-то момент Астрид даже была готова поверить ей. Элизабет молящим испуганным взглядом заглянула за плечо Астрид, ища помощи у Мартина.
— Но ты ведь не говорил, Мартин…
— Разве только пару сотен раз, — раздраженно отозвался он. Исподлобья взглянув на сестру, Мартин указал ей на выход. Но Астрид уже и сама, радостно подскакивая, возвращалась к лестнице.
Ей наконец-то удалось показать превосходство над Элизабет. Жаль, этого не видела Лине, ее лучшая подруга, но ей-то уж Астрид все-все расскажет в красках. Она злобно захихикала себе под нос, и была настолько увлечена своей победой, что не сразу услышала, как позади Мартин и Элизабет ругаются все громче.
— Ты меня бесишь. Давно уже пора было порвать с тобой. Проваливай!
