А потом, когда все уминали пышный лимонный пирог с безе, пришел Вуди. Он был постоянным гостем за столом у Нортов. «Маринерс» стал для него вторым домом. Его родители перевезли всю семью в Спидвелл из Макклсфилда после некоей «неприятности». Появившись в школе, он сразу покорил Никки своей открытостью и дурацким чувством юмора, и она поняла, что этот парень станет важной частью ее жизни.
Вуди пришел в школу в середине учебного года, и ему пришлось нелегко. Он не ожидал, что будет чувствовать себя таким аутсайдером. В Макклсфилде он с пяти лет учился с одними и теми же детьми в начальной и средней школе. В Корнуолле никто его не знал, да особо и не стремился узнать. Через две недели после появления в новой школе он начал находить на своих вещах наклейки «Глаз навыкате»: на рукаве пиджака, на дверце шкафчика, под крышкой парты. Сперва это казалось Вуди смешным, но потом ему стало не до смеха, поскольку, когда он обнаруживал те самые наклейки, одноклассники начинали мерзко хихикать. В результате он отказался ходить в школу, хорошо понимая, что его протест ничего не даст. Отец обозвал его тряпкой, а мать собралась поговорить с директором школы, чего Вуди хотелось бы избежать, так как она могла выйти из себя и ничем хорошим это бы не кончилось.
И вот однажды Никки застала его за тем, как он, чуть не плача, вытаскивал из рюкзака кучу таких наклеек.
– Я не виноват, что у меня глаза навыкате, – всхлипнул Вуди.
– И вовсе они не навыкате, – ответила Никки. – У тебя самые добрые, улыбчивые глаза, которые я когда-либо видела.
– А еще я не могу драться с теми, кто это сделал, – добавил Вуди. – Потому что я хорошенько их приложу. Но тогда уже не у них, а у меня будут крупные неприятности.
Похоже, он исходил из печального опыта. Там, откуда он приехал, если ты не мог постоять за себя, то с тобой было все кончено. Однако Вуди собирался стать полицейским, и ему следовало держаться подальше от неприятностей.
– Предоставь это мне. – Никки подобрала последние две наклейки и выкинула их в мусорную корзину.
Вуди не знал, каким образом она это сделала, но наклеек он больше не видел. С тех пор они с Никки стали не разлей вода. Она привела его в «Маринерс», и дом раскрыл ему свои теплые объятия. Вуди никогда не приглашал Никки к себе, так как у его мамы с утра до вечера орал телевизор и не имело смысла даже пытаться поговорить.
В «Маринерсе» к Вуди относились как к члену семьи. Он приходил и уходил даже в отсутствие Никки. Решал кроссворды с Хелен, или гонял мяч с Грэмом, или выслушивал очередную трагическую историю Джесс. Он осуществил свою мечту, став полицейским, и теперь заботился обо всех членах семьи Норт.
И вот сейчас он небрежно потрепал Никки по затылку, отчего она сразу напряглась, и сел рядом с ней. Рик бросил в их сторону удивленный взгляд, и она заметила секундное замешательство в его глазах. Но затем Джесс перегнулась через стол, стараясь привлечь внимание нового парня.
– Так мы идем после ланча на пляж, да? – спросила она.
– Обязательно, – ответил Рик. – Но только после того, как поможем твоей маме помыть посуду.
Хелен просияла. Джесс сделала большие глаза. Никки стиснула зубы и сжала под столом кулаки. В последнее время Джесс вообще не ходила по воскресеньям на пляж. Тогда с чего вдруг ей сейчас приспичило?
Впрочем, все и так ясно, можно было не спрашивать.
Ой! – Когда Никки вошла в кухню, Хелен испуганно отодвинула в сторону айпад. – Я совсем забыла о времени! Как ты, дорогая? Как твой новый дом?
Никки плюхнулась на стул за кухонным столом. Она вдохнула витавшие в кухне ароматы: исходящий от плиты едва уловимый запах масла и жареной еды, тонкие нотки фирменных духов матери «Эсте Лаудер». Их папа каждое Рождество покупал флакон «Youth Dew» в «Дебенамсе» в Эксетере, и теперь в обязанности Джесс или Никки входило, чтобы под рождественской елкой непременно стоял новый флакон духов. Что, впрочем, им было даже на руку. Ведь то был запах их мамы. Запах уюта.
– Это все, о чем я мечтала, – ответила Никки. – Но работы невпроворот. Я уже обломала все ногти.
– А можно на этой неделе к тебе заскочить?
– Я была бы только рада.
– Дорогая, я так тобой горжусь! Я знаю, как долго ты ждала, когда один из этих домов появится в продаже.
– Человек должен делать все для достижения своей цели. Ведь так?
– Ты и делала. – Хелен нервно поправила лежавший на столе айпад. – Кстати, о достижении цели. Я хочу с тобой кое о чем посоветоваться.
– О чем?
– Я вот тут подумала… о… – Хелен судорожно пыталась подобрать подходящее слово. – Думаю, сейчас самое время. Самое подходящее время. Но я не уверена, что ты это одобришь. Что вы все одобрите. Но… – Она осеклась.
– Продолжай, мама. Выкладывай!
Хелен крепко зажмурилась:
– Если я найду себе мужчину.
Никки с шутливым облегчением вытерла лоб.
– Уф! А я уж, грешным делом, подумала, что ты хочешь продать «Маринерс».
– Нет! Никогда. Мы это уже обсуждали. Ты ведь знаешь, что я никогда не расстанусь со своим домом.
