Бесстрастные дзи-вэй с различным вооружение и в матовых пластинчатых доспехах редкой цепью обступали постройку со всех сторон, лучше любого иного признака указывая на то, кто именно сейчас находится в павильоне. Глаза за узкими прорезями на безликих масках из полированной стали пристально следили за приближающимися людьми, несмотря на то, что телохранители Императора прекрасно знали кто сейчас перед ними. Верность этих людей новому владыке Нефритового престола поначалу удивляла Ли, ведь несмотря на Догму Служения и особое воспитание, кто бы и что ни говорил, дзи-вэй не были обезличенными живыми куклами, лишенными чувств и собственной воли. Тот факт, что самые близкие и самые надежные слуги предыдущего Единого Правителя с такой легкостью встали на сторону главы рода Синкай не мог не вызывать вопросов. И Хань подозревал, что ответы ему несильно понравятся.
Хотя, конечно, с другой стороны, нынешнему Великому Владыке все-таки следовало отдать должное. Такого "чистого" и бескровного переворота, который он устроил, в истории Империи еще не бывало. Если не считать тайных рокировок, порою случавшихся где-то в незримых закоулках Золотого Дворца, когда реальная власть переходила от одной военно-аристократической группировки к другой, или когда всевластного цзун-гуна "свергал" не менее амбициозный сиккэн, то эта смена правящих династий была проведена с удивительно малым количеством жертв. Единственная попытка ряда недовольных чжэн-гун-вэй и части былых союзников Синкай, переметнувшихся на другую сторону, едва тот в полной мере открыл всем свои настоящие планы, закончилась быстрым и жестоким подавлением. Аристократы успели вооружиться и собрать в своих городских имениях родовых воинов, но к этому моменту нужные поместья и кварталы уже были блокированы отрядами столичной стражи и регулярной армии. А потом в ход вместо уговоров сразу пошли каленые стрелы, метательные механизмы, ракеты и жидкий огонь. С потерями среди жен, детей и стариков, оказавшихся в зоне боевых действий, никто не считался. Но, тем не менее, общее число убитых и раненых едва превысило две тысячи человек. Если сравнивать эту цифру с той, что была во время мятежа полководца Джао, основателя четвертой династии, то Синкай выходил чуть ли не смиренным монахом. И, по сути, ровным счетом ничего не менял даже тот факт, что до этого момента и после него с различных должностных постов в столице и провинциях было устранено, в том числе и физически, еще около полутора тысяч чиновников и офицеров.
Телохранители Избранника Неба расступились, раздвигая перед военным советником несколько ширм и открывая широкий проход к павильону. Миновав безмолвный караул, Ли поднялся по невысоким ступенькам на деревянный помост. Вокруг витали ароматы дорогих благовоний, сжигаемых в ажурных курильницах, а под потолком в изящных клетка перекликались певчие птицы. Хозяин Золотого Дворца поднял на Ханя взгляд, оторвавшись от пиалы с барбарисовым чаем, а двое его гостей, не вставая со своих мест, приветствовали тайпэнто сдержанными кивками.
- Ну что ж, вот теперь мы можем, наконец, начинать, - довольно прищурился Император, небрежным жестом указывая Ли на свободный низкий табурет по левую руку от себя.
Круглое лицо Единого правителя, расплывшееся в непритворной улыбке, было покрыто заметным слоем яичной пудры, скрывавшей красные пятна на толстой шее и обвисших щеках. Такие яркие отметины неизменно оставались от всех тех щелочей и ядовитых смесей, при помощи которых Император периодически безуспешно пытался избавиться от безобразных фурункулов и черных угрей, совсем не красивших лик Великого Владыки. С разными другими "проблемными моментами" у властителя Нефритового престола дело обстояло получше. Складчатое темно-синее одеяние с драконами, вышитыми мелким жемчугом, довольно удачно скрывало очертания оплывшей фигуры правителя. Волосы на его голове были тщательно расчесаны, умаслены и собраны на затылке в сложный пучок, скрепленный стальным зажимом и несколькими заколками из красного нефрита. Жидкие черные усы Императора заметно прибавили в длине с того момента, как Хань отправился на войну в Генсоку, уже вполне достигая сейчас кончиками середины обвисшей груди.
Остальные присутствующие были облачены в чиновничьи каймоны небесно-голубого оттенка и такие же круглые шапочки, увенчанные драгоценными камнями. У полноватого сиккэна Джэнг Мэя это был крупный кровавый рубин с множеством сверкающих граней, а глава тайной императорской службы К"си Вонг вполне довольствовался неброской черной жемчужиной, хорошо известной всем за пределами Золотого Дворца в отличие, скажем, от неприметного лица Всевидящего Ока Империи.
Резной столик овальной формы, стоявший в центре павильона, был накрыт на четверых. Пузатый фарфоровый чайник рядом с крохотной жаровней курился ароматным дымком, соседствуя с большими чашами, наполненными засахаренными фруктами, пластинками мятной пастилы, рыхлыми кубиками халвы и другими редкими сладостями.
