Несколько недель после того, как я увидел в баре Эмбер, я провел немало времени, размышляя над тем, что сказал мне отец в тот вечер. Я то приходил к согласию с отцом, что Эмбер была виновата в той же степени, что и я, то считал его мнение о биологически неотвратимом влечении между мужчинами и женщинами совершенной чепухой. Хотя эти убеждения позволяли ему многие годы обращаться с женщинами, как с грязью. Но я не мог отрицать, что испытывал облегчение от того, что хотя бы один человек был на моей стороне. Особенно в холодный ноябрьский вечер, когда я вылез из своей машины и направился к станции, чтобы заступить на дежурство. У меня давно уже закончились таблетки валиума, и, хотя я знал, что взял не такое уж и большое количество из сумки той сумасшедшей матери, чтобы стать физически зависимым от них, я все еще страстно мечтал о состоянии душевного спокойствия, которое они мне дарили. Я часто размышлял о том, где мог бы раздобыть их — у психотерапевта или из наших собственных запасов в дорожной аптечке. Но ни один вариант не был безупречным. Если я обращусь к врачу, в мой страховой полис будет вписано, что я страдаю приступами тревожного расстройства, и тогда возникнет угроза потери работы. Если я буду время от времени брать пару таблеток из наших собственных запасов, мой напарник непременно заметит это, когда будет проводить инвентаризацию. Так что все это было слишком сложно, и удача была не на моей стороне. Придется найти другой способ справиться с этой проблемой.
Дрожа на холодном осеннем ветру, я поздоровался с несколькими пожарными при входе в гараж, где, как я подозревал, мой напарник проверял, чтобы все необходимые медикаменты были на своих местах. И в самом деле, обойдя машину, я увидел, что задние двери открыты и Мейсон сидит с планшетом на коленях, делая опись всех лекарств.
— Привет, — поздоровался я. — Тебе помочь?
— Спасибо, но я справлюсь сам, — ответил он холодным тоном, каким разговаривал со мной уже несколько месяцев.
— Ты уверен?
— Вполне. — Он повесил планшет на его обычное место позади сиденья водителя, а потом посмотрел на меня. — У тебя найдется минута пойти поговорить с нашим капитаном?
— Ну конечно, — сказал я, чувствуя, как внезапно сжалось мое сердце. — А в чем дело?
— Я предпочел бы обсудить это с ним, — ответил Мейсон, вылезая из машины и закрывая за собой двери. — Он ждет нас.
«Это плохой знак», — подумал я, поднимаясь следом за ним по ступеням в кабинет капитана, расположенный рядом с кухней, где околачивались почти все, дежурившие в эту ночь.
«Доложил ли ему Мейсон о том, что случилось на вечеринке? Получу ли я черную метку за недостойное поведение? Потеряю ли я работу?»
Мейсон открыл дверь в офис, и капитан Дункан, сидевший за огромным дубовым рабочим столом, поздоровался с нами.
— Садитесь, — сказал он, рассеянно накручивая на палец один из своих длинных усов. Помимо бровей, это были единственные волосы на его голове. Розовая лысина отражала свет флуоресцентных ламп, висевших над нами. Форма капитана была идеально отглаженной. Он как-то сказал нам, что его жена очень гордится тем, что стрелки на его брюках были идеально прямыми.
Мейсон и я сели, причем напарник отодвинул свой стул от моего на несколько дюймов. В такой маленькой комнатке этот жест казался особенно значительным.
— Итак, Хикс, — сказал капитан Дункан, — я должен сообщить тебе, что Мейсон подал прошение о переводе его на другую станцию.
— Что? — спросил я, переводя взгляд на своего сослуживца. Я знал, что в последнее время наши отношения были натянутыми, но я полагал, что со временем это пройдет и все вернется на круги своя.
Мейсон не смотрел на меня. Он сидел, выпрямившись на стуле, и не сводил глаз с капитана.
— Я знаю, это очень тяжело, когда партнерские отношения не складываются, — сказал капитан Дункан. — Но такое случается, и нам приходится учиться на своих ошибках. — Он посмотрел на Мейсона. — Мне очень жаль расставаться с тобой, но я официально оформил твой запрос. И как только освободится подходящее место, ты сможешь занять его.
— Спасибо, сэр, — сказал Мейсон.
— Подождите, — не выдержал я. — А мое мнение играет какую-нибудь роль?
— Нет, не играет. Точно так, же как и Мейсон не имел бы полномочий что-либо предпринять, если бы ты принял такое же решение. — Капитан Дункан сделал паузу, глядя то на одного из нас, то на другого. — Я не собираюсь разбираться с вашими проблемами, ясно? Вы сможете мирно работать все оставшееся время?
— Конечно, сэр, — ответил Мейсон.
Капитан посмотрел на меня:
— Хикс?
Я кивнул, сжав челюсти.
— Вот и хорошо, — сказал капитан Дункан.
Он открыл было рот, чтобы сказать что-то еще, но рация, находившаяся у него за спиной, ожила. Поступило сообщение о том, что на углу Элдридж и Меридан произошла авария, и все свободные бригады должны немедленно выехать на место происшествия. — Вы сами слышали, — сказал капитан, указывая на дверь. — Отправляйтесь туда.
