— Не знаю. И не могу знать. Для этого, скорее всего, понадобится проверить книги записи посетителей с одиннадцатого Зеленых Иггов. Сего года, — как могла, мягко и ненастойчиво, сказала я. Вместо очередной бурной тирады бургомистр вдруг улыбнулся:
— Да? Тогда это не ко мне.
— А к кому тогда? Весь Роксомм уже оббегали.
— В этот раз недалеко, не волнуйтесь. К моей помощнице, Эрсель, — он показал рукой на выход, пусть даже и не совсем учтиво, — у нее хранятся все книги прошедших месяцев. Так мы всегда можем посмотреть, кто и зачем обращался в Совет.
— А где остальной Совет? — с подозрением спросил Джад, обозревая небольшой, в общем-то, кабинет главы.
Бургомистр произнес, постепенно наращивая тембр, как хороший певец или актер бродячего театра:
— Молодой человек… все эти занятые люди, дельцы, торговые партнеры, владельцы кузниц, постоялых дворов… закоренелые лентяи! Я! Один! Понимаете? Нет никакого хваленого Совета. Совет — это я, господа!
Для полного счастья ему оставалось только вскарабкаться на стол, однако я схватила под локти спутников и, кратко поклонившись, утащила их отсюда. Впечатление, будто мы только что побывали именно в бродячем театре. Причем не в зрительских рядах, а почему-то на сцене.
Я потрогала за локоть женщину, которая склонилась над столом так, что Джад даже присвистнул. Эрсель взметнулась, словно подстреленное животное, затем схватилась за сердце, тяжело дыша и круглыми глазами смотря на нас. Интересно, в префектуре все такие, или только эти двое?
— Вы меня ужасно напугали! — заявила она, поправляя платье.
— Простите, — развела руками я, — но нам срочно нужно посмотреть на книги записи посетителей. У нас человек пропал. Идо сказал, что по вопросам просмотра книг следует обратиться к вам.
— М-м-м… да, это можно. Секрета не делаем. А допуск у вас есть? — с подозрением спросила Эрсель. Вместо ответа я вытащила из плоского кошеля на поясе бумагу, которую молча сунула ей. На бумаге красовалась подпись капитана Мерчизон.
— Такого хватит?
— Оу. Я сейчас. — И след простыл.
И только юбки взметнулись. Все тонкие, едва ли не прозрачные, но одна поверх другой. И все разных оттенков. А еще куча различных заколок, кружев, бахромы в самых неожиданных местах. М-да, чем больше смотрю, тем больше смиряюсь со своей дремучестью относительно моды.
— А ничего барышня, — явно ухмыляясь, вот спиной вижу, шепнул Джад сзади. Рыжий, судя по тишине, повисшей в воздухе, не ответил.
— Я все слышала! — гневной фурией ворвалась в небольшой холл Эрсель, неся с собой стопку фолиантов, обернутых дешевой кожей. С размаху опустила их на стол.
— Но чересчур энергичная, — прокомментировал старпом. Мне показалось, что сейчас ему прилетит либо книжками, либо самим столом, однако девушка удержала свой характер в узде и снова замолчала. Показала пальцем на книги, затем на крохотный столик в дальнем углу. Схватив тома под мышку, я поспешно удалилась. Джад порывался что-то сказать, но я позволила ему открыть рот только тогда, когда окружила нас звуконепроницаемым щитом.
— Хотел только спросить, почему так много книг.
— Какая разница… лучше сами разберемся, чем звать кого-то на помощь в этом бедламе. Я не знаю, чего я хочу больше — восхититься ее вкусом в одежде или выколоть ей глаз, — проворчала я, открывая книгу с пометкой МЗИ 5337.
По правде говоря, вспомнила родную Академию. Только там можно листать страницы часами, пытаясь постичь смысл причудливой вязи, которую по ошибке назвали рукописью. Так и здесь. К каждому посещению заботливо приписаны не только причины, но и последствия, например: «Направили к лекарю с соответствующими рекомендациями». Или: «Приняли меры по скорейшему сносу лачуги, загораживающей почтенному Вес Лебласу солнечный свет». Интересно, что насчет нас напишут?
«Выдали книги, в последней из которых позже сделали данную запись». Наверняка. Вот пари заключать готова.
— Ничего, — вздохнул Граф и отложил том. Я кивнула:
— У меня тоже ничего. Не ходила она сюда.
Ксам выругался, старпом похлопал его по плечу:
— Не сквернословь, брат. Пошли в гости к магу, возможно, он что-то видел или слышал. Если маг в городе один, обычно он пользуется уважением и обладает немалой сетью знакомств.
— Возможно, он даже сам приложил руку к спасению Узаны, — обнадеживающе сказала я. Мы отдали фолианты обратно, найдя их настолько же бесполезными, насколько тяжелыми, с опаской попрощались и покинули здание, населенное чересчур подвижными и крикливыми людьми. С другой стороны, было бы ничуть не легче, если бы все они двигались, как сонные мухи.
В общем, загребли мы Ажоя на пару со слугой и отправились к серой башне.
