Таким был Саша Гитри полностью

— Но Саша, что это за история? Ты теперь большой мальчик и не надо так ныть и жалеть себя, — ответила ему тётя, и, чтобы он перестал жаловаться вернувшись домой, перевела разговор в другое русло: — Саша, твоя мама плохо себя чувствует в последние дни. Она много работает и очень устаёт. Она будет очень огорчена, если ты расскажешь ей то, о чём рассказал мне. Обещай, что будешь храбрым и ничего не расскажешь...

Саша колеблется, но у него доброе сердце. Он поднимает голову, вытирает слёзы и отвечает:

— Обещаю!

Рене дома. Она обнимает маленького пансионера и спрашивает:

— Тебе нравится в твоём новом лицее и интернате?

— Да, мама. Там очень хорошо и я сразу ко всему привык.

Саша сдержал своё обещание. Но когда папа пришёл его навестить во второй половине дня, он удивился словам матери, которые он не должен был слышать:

— Не беспокойся о Саша,— сказала она Люсьену. — Это равнодушный, безучастный ребёнок.

Люсьен продолжает своё восхождение к славе. После «Одеона» он последовал за Порелем в «Grand-Théâtre» (Названия театра со сменой владельцев и реконструкциями: «Éden-Théâtre» (1883-1890), «Grand-Théâtre» (1890-1893), «Comédie-Parisienne» (1893-1896), «Athénée-comique» (1896-1906), «Théâtre de l'Athénée» (1906-по настоящее время). Луи Жуве руководил театром с 1934 по 1951, теперь театр носит имя «Théâtre de l'Athénée Louis-Jouvet». — Прим. перев.).

Он играет в «Лисистрате», затем в «Исландском рыбаке» и «Сафо». Однако отношения между двумя мужчинами быстро испортились, и Гитри без сожаления решил покинуть «Одеон» в начале 1893 года. Действительно, императрица французского театра великая Сара Бернар сделала ему очень хорошее финансовое предложение для перехода в театр «Ренессанс» (Théâtre de la Renaissance), которым она руководила.

Люсьен соглашается тем более охотно потому, что Сара Бернар — женщина, которой он глубоко восхищается и которая, в своё время, помогла ему делом и советом. Без неё он, вероятно, не смог бы в 1880-х годах стать одной из молодых надежд французского театра, этого нового театрального движения под названием Свободный театр (Théâtre-Libre)[9]. Он восхищается великой актрисой, истинной иконой, которой поклоняется вся страна, известной за границей так же, как и во Франции. Он дорожит нежной подругой, наперсницей, женщиной с таким цельным характером и таким живым умом.

Часто забывают, что Сара Бернар была не только актрисой, но и художником, скульптором и даже талантливой писательницей, а также опасной, проницательной и удачливой деловой женщиной. Поэтому Люсьен счастлив вновь обрести дорогую Сару, которую он выбрал в качестве свидетеля на своей свадьбе в Лондоне. Наконец, благодаря ей Люсьен может участвовать в постановке, высказывать своё мнение, работать рука об руку со своей руководительницей. Он больше не просто актёр, вынужденный выполнять указания директора или владельца театра. Он проведёт восхитительные годы с мадам Сарой...

Люсьену не терпелось представить Жана и Саша своей известной подруге. У братьев быстро вошло в привычку каждое воскресенье пополудни навещать её, эту великую трагическую актрису. После традиционного подношения букетика нежных фиалок они проводили довольно продолжительное время в её компании.

Саша сразу же привязался к легендарной Саре, о которой так много и хорошо отзывался отец. Он представлял её как невероятный сказочный персонаж, чья экстравагантность, о которой рассказывали его близкие и писали журналы, заворожила его. Ему сказали, что она хранит дома гроб из розового дерева, который заказала в 1881 году и с тех пор он сопровождает её во всех путешествиях. Возможно ли такое? Люсьен, удивлённый интересом Саша к своей подруге, объясняет:

— Мадам Саре как-то приснился забавный сон. Она должна была ехать на гастроли в Америку и села на корабль, чтобы отправиться в путешествие. Смерть и застала её в этом плавании, а из-за отсутствия гроба в трюмах корабля её тело было выброшено в море, как это принято на флоте. Такая перспектива ужаснула её, и из предосторожности она велела сделать этот гроб, который теперь сопровождает её во всех гастролях.

Он также знает, что она обедает на золоте, что у неё есть тигры и львы в её особняке на бульваре Перейр, дом 56, и что она рано утром, распростёршись на медвежьей шкуре и повернув голову к камину, любит слушать молодых авторов, трепещущих от эмоций, как они читают свои первые произведения «белым голосом» («voix blanche» — голосом глухим, монотонным, бесстрастным. — Прим. перев.).

Саша испытывает страсть к этой необычной женщине. Великая Сара проявляет постоянную доброту к сыновьям Гитри, как если бы она поняла, насколько они нуждаются в этой женской нежности, которой им так не доставало дома. Саша скажет ей позже: «Мадам Сара Бернар, я считаю вас своей второй матерью...»