Гитри не оставалось ничего как только покинуть Дакс. Но на тот момент возникла техническая проблема. Необходимо было найти автомобиль, чтобы мадам Шуазель и её дочь вместе со всеми сокровищами, находившимися в хранилище Банка Франции, также могли вернуться на авеню Элизее Реклю. Решение пришло от руководства «
В начале июля Гитри едут в Париж. Женевьева больна, и Саша «грабит» каждую аптеку, которую они находят. За один день из Дакса невозможно добраться до Парижа на машине. Дороги забиты, приходится выпрашивать бензин, а комендантский час больше не позволяет ездить по ночам. Ещё один обязательный этап — ночёвка в Сен-Жан-д'Анжели (
На следующий день, направляясь в Париж через Версаль, супруги, сделав крюк, заехали в свои владения в Тернэ. Ворота широко открыты, и перед домом припаркованы немецкие машины. В доме находилось около пятидесяти немцев, они занимались своими делами, переходя с этажа на этаж, не обращая внимания на возвращение владельцев.
Единственное дружелюбное, но покрытое слезами лицо дочери смотрителя:
— О! Мсьё, вы сделаете что-нибудь, ведь так? Нет, это невозможно, все эти люди здесь! Нет, только не здесь! Вы собираетесь нам помочь?
Саша пришёл в ужас, увидев, что Тернэ оккупирован немцами. Он просит своего водителя как можно быстрее проехать 25 километров, отделяющих их от авеню Элизее Реклю. У него только одно опасение, что оккупанты захватили его особняк. Как он сам признаёт, этот дом играет в его жизни определяющую роль. И что он находится в опасности. Он действительно убеждён, что его дом-музей очень скоро будет разграблен немцами, если он будет отсутствовать в нём дольше. Он уже в курсе, что в некоторых кругах циркулируют слухи о том, что он еврей. И он страшится, что оккупанты воспользуются этим, чтобы присвоить не только «его» театр, но и его дом.
Но особняк не был занят кем бы то ни было. Его театральный управляющий, которому было поручено присматривать за домом после отъезда мадам Шуазель, сообщил, что ему нанесли два довольно тревожных и даже угрожающих визита. Немцы или французы? Неизвестно.
Вернувшись домой, Саша хочет начать с символического жеста, и, как он выразился, «узаконить» свой дом. Первое, что он делает, так это спешит в музей Родена, где за 15 000 франков покупает копию знаменитого бюста Клемансо, который он собирается тотчас же установить посреди своей большой галереи-кабинета.
Таким образом, спаситель Франции во время Первой мировой войны («Папаша Победа»/«
Саша никогда не любил гулять по улицам пешком, тем не менее, 2 июля он пройдётся в сторону площади Согласия. Некоторые из его соотечественников подходили и делились с ним своими переживаниями. Один из них, некий мсьё Коллен (
«Дорогой Мсьё!
Однажды, 2 июля 1940 года, на площади Согласия, когда всё предвещало падение нашей несчастной родины, вы смогли найти слова надежды, поддержки, для обретения смелости вновь...»
Кроме того, почему бы не открыть театры снова, поскольку маленький мир интеллектуалов, похоже, согласен продолжать производство литературных произведений? Начало 1940 года мало чем отличалось от начала 1938 или 1939 года. Еще до конца лета Бернар Грассе и Робер Деноэль (