Письмо отказались возвратить, и после нескольких банальных вопросов Саша вернули в зал бракосочетаний.
Ожидание продолжается. Саша Гитри, которому в то время было пятьдесят девять лет, не предложили ни пить, ни есть с момента его ареста. В 20 часов ему сообщили, что он должен встретиться с мсьё Тетанжэ (
Атмосфера там была совсем другая. «Сырое и вонючее» помещение, отличительной особенностью которого было то, что оно походило на переполненный кабинками клозет, который к тому же безнадёжно протекал! Там была почти полная темнота. Придётся провести там ночь. Но дверь открылась и голос произнёс его имя: Саша Гитри. Лабиринт коридоров, и вот наш заключённый стоит перед стеклянной дверью, которая открылась перед ним. Мужчина в белом халате встретил его словами:
— Вот он, подлец! — Затем он, в присутствии помощников, бросил ему в лицо: — Этого ублюдка завтра осудят, а потом расстреляют!
Следом был обыск, который традиционно предшествует заключению. После того, как у него изъяли драгоценности, деньги (37 500 франков) и бумажник, из которого вынули три фотографии, водительские права, чековую книжку, адрес багетчика, письмо отца и портрет Ренана, его попросили сдать шнурки от обуви. Саша сказал, что это будет не сложно, так как на нём только шлёпанцы... И слова тюремщика:
— Камера 117... А потом, э-э-э? Самое суровое наказание!
Туда Саша сопровождали... женщины! Это отделение было под началом монашек. Его конвоировал и вооружённый человек, который при переходах по коридорам постоянно совал ему револьвер под нос и захотел остаться с ним в камере один на один, за закрытой дверью. Что же будет? Внезапно он суёт руку в карман пиджака, достаёт карандаш... и просит автограф!
Накануне Саша Гитри спал в хорошей постели в своём великолепном особняке. Он ещё правил своим маленьким мирком. Он жил в самом центре своих райских кущ. Всё, что ему предрекали, было лишь догадками. С этого времени начался спуск в ад...
Рассказ об этих шестидесяти днях заключения многих удивит. То, что Саша пережил и претерпел там, находится за гранью воображения (особенно для тех, кто имеет лишь смутное представление о том, что же это был за период Очищения). Никаких
Испытание лишением свободы станет для него двойной пыткой: моральной, которой он сможет противостоять с достоинством, рассудочностью и какой-то бравадой, но последствия которой будут ужасными и многое изменят в его характере и отношении к жизни; и физической (акты физического насилия в отношении него были немногочисленны), которая угнетала почти шестидесятилетнего мужчину со слабым здоровьем и постоянными болями, преследующими его с подросткового возраста. Вероятно, эти физические испытания сократили жизнь Саша Гитри, о чём рассказывали многочисленные свидетели, такие как Поль Дельзон, его адвокат: «Я хотел бы подчеркнуть, что Саша Гитри умер во многом из-за того, что ему пришлось пережить в 1944-1945 г.г. История
В книге «60 дней в тюрьме» («
Но больше всего он пострадает не от тюремного заключения, каким бы суровым оно ни было. То, что его будили ночью, оскорбляли, грозили утром расстрелять, со временем превратится в своего рода «живописное воспоминание». Саша очень скоро осознает, что имел дело только с бедными правдоискателями. Он не будет испытывать к ним ненависти, и когда его спрашивали о причине, он повторял:
— Потому, что, когда я вышел из тюрьмы, я знал об этом гораздо больше!
Но вернёмся к тому утру 24 августа 1944 года... Рано утром к нему в камеру ворвались вооружённые автоматами люди и угрожали ему расстрелом. Глава банды, будущий адвокат, немного наигранно исполнял доверенную ему роль, и был, в общем, не злым человеком.
Проходят первые часы, а за закрытой дверью его камеры устраиваются «смотрины». Все, кто собрался по ту сторону двери, по очереди таращатся на него в глазок, смотрят как на обезьяну в зоопарке, и сыпятся оскорбления: