— Кто-то помог ему, — сказал Белинджер, выбравшись из шахты. Пожилая женщина засуетилась, указывая на дверь Карлоса.
— Это он, — сказала она. — Я думала, что в лифте был еще мной внук, но парнишка заверил меня, что нет. Но мне все равно как-то тревожно. Не могли бы вы связаться с ним и спросить все ли у него в порядке?
— С кем? — спросила ее Квое.
— С моим внуком, — женщина улыбнулась и начала рассказывать о том, где он работает и насколько удачлив его брак.
— С ним все будет в порядке, — пообещала Квое.
— Могу я поговорить с вами наедине? — спросил Белинджер уже в квартире Карлоса.
— Да я просто помог ему выбраться и все, — бормотал бородач, выходя в коридор. — Шел в магазин, ждал лифта, а тут такое…
— А ваш киндрид? — спросил Белинджер. — Он ведь был с вами?
— Конечно.
— И ничего не говорил?
— О чем?
— Например, мог предложить пойти в магазин или…
— Нет, — затряс головой Карлос. — Даже странно, но он… Он даже пытался отговорить меня от этого.
— Отговорить? — Карлос кивнул. — Но вы не послушали? — Снова кивок.
— А ваши родственники? — спросила Квое.
— Марсия, — сказал Карлос.
— Кто?
— Моя дочь. Мы живем вдвоем.
— Ее робот не предлагал ей вместо вас сходить в магазин?
— Нет, — затряс головой Карлос. — Она вообще спала.
— А тот, кого вы спасли…
— Мэрдок.
— Что?
— Так, он сказал, его зовут.
— Хорошо. Мэрдок. Что он вам сказал?
— О чем?
— О том, что случилось в лифте.
— Да ничего, в общем.
— Вы механик? — спросил Карлоса Белинджер.
— Нет.
— Откуда тогда вы знали, как открыть двери лифта?
— Ниоткуда. Просто попробовал, а там… — Карлос замялся и нетерпеливо зашлепал губами.
— Вас что-то беспокоит?
— Марсия.
— Что?
— Она сейчас там одна… С этим… Ну, кого я спас…
— Вас это беспокоит? — спросила Квое.
— Она просто еще совсем ребенок, а он…
— Хотите сказать, что он вам не понравился?
— Он просто мужчина, — Карлос смутился. — Хоть и тощий, но уже мужчина… — Кто-то забарабанил в закрытые двери шахты лифта.
— Твой киндрид, — сказала Квое Белинджеру.
— Я знаю, — он посмотрел на Карлоса. — Будьте добры, покажите, как спасли этого парня. — Бородач послушно раздвинул двери и вытащил робота.
— Только Мэрдок был тяжелее, — подметил он. Белинджер кивнул, посмотрел на Квое и спросил у Карлоса, могут ли они поговорить с его дочерью.
— Вы или она? — спросил Карлос, показывая на Квое.
— Я, — сказала она.
— Ну, раз так… — Карлос вздохнул.
— Ну, и что ты думаешь об этом? — спросила Квое уже в отделе.
— Ты, знаешь, что я думаю, — Белинджер закурил.
— Значит, он должен был умереть?
— Значит, да.
— И что теперь?
— Откуда я знаю?! Выдадут ему нового киндрида, напишут другую программу.
— Никак не могу привыкнуть к этому, — призналась Квое. — Живешь и знаешь, что вся твоя жизнь планируется кем-то сверху.
— Ну, не вся, — Белинджер предложил ей сигарету. Она отказалась.
— Даже у Кейна есть свой Киндрид.
— Думаешь от этого ему хуже?
— Нет, но…
— Тот робот, кстати, тоже когда-нибудь расскажет вашу историю детям Кейна.
— Перестань.
— Ладно, — Белинджер поднялся из-за стола.
— Уже уходишь?
— Да как-то вдруг вспомнил о Пэм. Куплю ей, пожалуй, цветов и попрошу прощения.
— Говоришь так, словно тебя кто-то заставляет это делать.
— Всего лишь история, — Белинджер посмотрел на своего киндрида. — Ведь так?
— Вернее верного, — заявил робот голосом его отца.
— Вот видишь, — Белинджер подмигнул Квое. — И как тут с этим поспоришь?!
Моргана промыла раны и сказала, что скоро он станет, как новенький. Мэрдок кивнул.
— И киндрида тебе скоро нового выдадут, — подмигнула она.
— Выдадут, — Мэрдок состроил кислую мину.
— Вот только не делай так! — оживилась Моргана.
— Похож на отца, да?
— Не то слово! — она помрачнела. — Знаешь, что мне говорила о нем мать?
— Что он тоже не любил киндридов, — устало промямлил Мэрдок.
— Именно! — Моргана понизила голос до шепота. — Думаешь, он просто так умер? Думаешь, все то, что нам о нем сказали — правда? К тому же…. — Она прикоснулась к брату. — Сегодня ведь тоже был лифт, да?
— Может, им просто нравятся лифты.
— Вот именно, — Моргана помрачнела. — И со мной, помнишь, два года назад?
— Там был просто школьный подъемник.
— И что? Я ведь тоже была одна.
— Тебя спас киндрид. Забыла?
— Может, это было лишь предупреждение. Страх, который должен заставить нас не повторять судьбу отца.
— Он просто не любил роботов.
— Нет, Мэрдок. Он не любил ни роботов. Он не любил то, что они говорили.
— Глупость. Они ведь не более чем проекции наших предков.
— Значит, ты тоже за это их не любишь?
— Я не люблю их, потому что они вечно суются с советами. Знаешь, когда падал лифт, мой киндрид так разошелся, что послушай я его, то навряд ли бы выбрался.
— Вот видишь!
— Что я должен видеть? Глупого робота? Так я и без сегодняшнего случая, знал это.
— А ты не думаешь, что они хотели тебя убить? Как отца.
— Нет.
— Почему? Не хочешь пугать меня?
— С чего ты взяла?
— С того, что я знаю тебя.
— Просто выброси все это из головы и точка.
— Значит, боишься.
— Моргана!
— Думаешь, это что-то изменит?! Мы те, кто мы есть! Это у нас в крови!
— Но, мать-то у нас живет и ничего.
— Она другая. Покорная.
— Да и я покорный.
— Не ври.
