– Мишель ушёл слишком рано. Вдобавок я осталась виновата перед ним. Этот груз… Я чувствую, как он мешает мне жить. И боюсь, что я всегда буду страдать от этого.
– Душа русского человека из века ввек существует лишь благодаря страданиям. Только задумайтесь, стансы, романы, музыка, написаны под действием страданий. Это извечный источник, в который русская душа каждый раз окунается, зная последствия этой боли. Мы находим все новые причины для тоски и печали, позабыв о счастии, для которого были сотворены.
– Я правильно понимаю вас, вы советуете мне забыть Мишеля? – Клэр нахмурилась и обернулась на стоящего позади Франсуа.
– Не забыть, но не винить себя в его гибели и открыть сердце любви, которая вас окружает. Как я уже говорила, Александр Алексеевич супруг от второго брака.
– А, что сталось с вашим первым мужем? – сдержав в себе накатывающиеся слёзы спросила Клэр.
– Александр хлопотал перед государем о моём разводе, и с его милостью получил одобрение. – Клэр удивилась, услышав слово «развод». Прежде ей казалось, что в этой эпохе развод был попросту невозможен.
– Но, что же произошло? Ведь должны были возникнуть весомые причины такого решения?
– Обольстив моего отца уговорами, когда мне исполнилось восемнадцать лет, я без согласия была выдана замуж. Сразу после нашей свадьбы, мой первый супруг стал тратить моё приданое, залез в карточные долги и стал груб со мной. Я плакала дни напролёт и молила Бога сжалиться над моей несчастной судьбой. И вот однажды я пришла с театра в имение раньше срока и застала мужа за очередной игрой в карты вместе со своими товарищами. Не поверите, но среди них был и Александр Алексеевич. Я сказала мужу, что не подобает тратить средства семьи в бессмысленной игре, на что он в ответ принялся публично унижать меня в глазах присутствующих. В промежутках он выкрикивал угрозы относительно того, что моя честь будет следующим коном, на который они станут играть.
– Какой ужас! Но, что же Александр? – Клэр находилась в напряжении. Всё, что рассказывала ей Маргарита, напоминало ей какой-то невероятный фильм о любви, снятый кинорежиссёром.
– Тогда Александр не выдержал и заступился за меня. Я убежала в комнату так и не услышав, о чём они после говорили с моим, на тот момент, супругом. Переживая о случившимся, Александр практически ежедневно писал мне письма, справляясь о моём благополучии. Мы общались сперва по переписке, а затем встретившись поняли, что влюблены без памяти. Император сделал для меня исключение, прознав о деяниях моего мужа. Вследствие чего дал согласие на развод.
– Ваша история… Она невероятна! Как бы лицемерно это ни прозвучало, но теперь я понимаю, что моя жизнь не столь печальна.
– Я счастлива, что моя биография натолкнула вас на светлые мысли. Что же касается этого милого юноши. Видно, что он заинтересован вами, но… Какой-то он мрачный. – Охарактеризовала его Тучкова, краем глаза взглянув на него из-за вазы с цветами. – Впрочем, в людях я совершенно не умею разбираться. Быть может, ваша любовь вернёт его к жизни.
– После гибели Мишеля прошло так мало времени, и я не знаю готова ли к новым чувствам.
– Главное – не действуйте вопреки своему сердцу, от этого все наши невзгоды.
К концу этого торжественного вечера у Клэр страшно ныли ноги. Сменив компанию Маргариты Тучковой на общество Франсуа, Клэр всячески старалась наслаждаться праздником. На десерт подали великолепные муссовые пирожные, которые своей приторностью напоминали большую ложку мёда. Клэр не заметила, как стала крайне быстро пьянеть, всё сильнее погружаясь в светское наслаждение. Музыка, вечер, люди уже не казались ей такими чужими и странными. Франсуа не отходил от неё ни на шаг. Изредка его пальцы нежно дотрагивались её рук, тогда как она делала вид, что не замечает этого.
– Дорогой друг, какие следующие указания оставил для меня император? – Клэр едва связывала слова между собой, чувствуя, как губы постепенно немеют.
– Увы, сегодня государь уже вряд ли почтит нас своей персоной. В данный момент, я полагаю, он обсуждает насущные вопросы с маркизом Коленкуром.
– В таком случае я могу пойти в свою комнату? Право, сил нет больше. Так навеселилась сегодня, что уже еле стою на ногах.
– Думаю Александр Павлович не будет против. К тому же некоторые гости уже отправляются по домам.
– Сколько же сейчас времени? – с полузакрытыми глазами поинтересовалась Клэр, ухватившись за очередной бокал с шампанским.
– Я думаю, что около четырёх часов.
– Четырёх утра? – слегка протрезвев ужаснулась она, глядя на бодрствующих дам и кавалеров.
– Разумеется. Ни дня же.
– От этой новости мне стало ещё сильнее хотеться спать.
– Я провожу вас. – утвердительно сказал Франсуа, заметив, как она еле держит равновесие.
Клэр медленно шла, перебирая ногами, крепко уцепившись за руку Франсуа. В её голове не было никаких мыслей. Она проходила мимо коридоров, замечала картины, мебель, вазы, но ничего из этого не фиксировалось в её памяти. Чувство потерянности мгновенно навеяло на неё тоску, пробудив на глазах вулкан слёз, который вот-вот должен был взорваться.
