Питер очнулся оттого, что почувствовал на левой щеке что-то горячее и шершавое, как наждачная бумага, а по лицу стекали капли холодной воды. Он открыл глаза. Дождь… Впервые в Неверлэнде шел дождь. Питер вспомнил, что произошло, и сердце сжалось и заполнилось… болью и сожалением. В нем больше не было темноты и холода. Тьма ушла из его сердца, оставив где-то в самой глубине крошечную темную точку, как напоминание о себе, словно отметила его, чтобы узнать при следующей встрече. Портал забрал себе в жертву то, что было в сердце Питера в тот момент, когда они с Феликсом закрывали портал… Феликс! Питер приподнял голову и столкнулся взглядом с Призраком, который сидел прямо перед ним, свесив язык набок.
«Слава богу, ты пришел в себя! Черт! Взрыв был довольно неожиданным… И вас не слабо отшвырнуло… Ты как?» — волк подошел к Питеру и лизнул его в щеку. Шершавое и горячее…
— Вроде нормально… — Пэн прислушался к себе, но ничего, что могло бы насторожить, не почувствовал.
«Я никогда не видел, чтобы темные порталы закрывались вот так… Тебе достался какой-то эксклюзивный вариант. Но вы справились, а у нас снова сюрприз», — Призрак махнул мохнатой головой в сторону.
Питер привстал и посмотрел туда, куда указывал белый волк — темного портала больше не было. Но он не исчез бесследно, Тьма оставила Питеру его портал, в который он не ушел тогда, когда у него был выбор на границе миров. Тогда он решил вернуться в Неверлэнд. А теперь он получил еще один щедрый подарок от Её Величества Тьмы… Или все же искушение? На прощание? Или как напоминание? С этим Питер разберется позже, а пока…
— Где Феликс? — Питер присел и осмотрелся.
Chris Daughtry — What About Now
Феликс лежал неподалеку за его спиной. Неподвижно, уткнувшись лицом в песок, как тогда, когда Киллиан ранил его. Питеру казалось, что еще чуть-чуть и он увидит, как из-под тела начнет растекаться темная кровь, моментально впитываясь в песок. Он подхватился и, подлетев за считаные секунды, упал на колени рядом с телом Феликса. Питер осторожно потряс Феликса за плечо, но никакой реакции не последовало. Пэн неожиданно вспомнил слова Феликса: «Если со мной что-то случиться, похорони меня рядом с Уайзом». Черт! Феликс знал, что может погибнуть, но все равно помог Питеру справиться с темным порталом. Пэн осторожно перевернул друга и задохнулся, увидев его слишком бледное лицо. Крупные капли дождя падали Феликсу на лицо, но он никак не реагировал. Питер пытался нащупать пульс сначала на руке, потом на шее, но безуспешно — пульса не было. Пэн дрожащими пальцами попытался справиться со шнуровкой рубашки Феликса, но намокший узел не поддавался. Магия тоже ему не могла помочь, она была слишком слабой. Возможно, темный портал забрал ее у Пэна, а может просто Питер истратил все силы, пока закрывал переход в другие миры. И тогда он рванул намокшую ткань рубашки Феликса, обнажая его грудь, к которой припал ухом, пытаясь расслышать удары сердца. Но как бы Пэн не старался расслышать хотя бы слабые удары, он не слышал ничего — только тишину. Сердце Феликса было мертво… Еще одну потерю Питер не вынесет… Он приподнял Феликса и потянул на себя, обхватывая руками его тело и прижимая к себе. Он укачивал его как ребенка, гладил по голове, запутываясь пальцами в его светлых кудрях, и просил… Нет, умолял не оставлять его одного, не бросать в этом безрадостном мире. Он целовал Феликса в бледную щеку и в висок, сдерживая рвущиеся из груди рыдания. Уложив голову Феликса себе на колени, Питер долго смотрел на его красивое, но страшно бледное лицо. Он осторожно гладил кончиками пальцев лоб, невесомо скользил по щеке, осторожно касался губ… Феликс был похож на ангела, даже шрам ни сколько ни уродовал утонченные черты его лица… Он и был, по сути, Ангелом-хранителем Питера Пэна и его верным помощником. Нет, он был лучшим другом в этой реальности. Любимым другом…
— Я люблю тебя, Феликс, — Питер наклонился и поцеловал Феликса в бледные губы. — Спасибо, что когда-то решил остаться со мной. Спасибо, что присматривал за Неверлэндом. Спасибо, что помогал мне все время. Спасибо, что просто был… Мне будет тебя не хватать…
Дождь усилился, и струйки воды стекали по лицу Питера Пэна, смешиваясь с его слезами. Питер не замечал, что плачет, смотрел на серые волны беспокойного океана, что-то еще говорил Феликсу и гладил его мокрые от дождя волосы. Он знал, что должен перенести Феликса в Пещеру Забвения, но оттягивал этот момент. Ему казалось, что Феликс просто уснул, потому что Питер не ощущал запаха смерти, как это было раньше… Может, во всем был виноват дождь?
— Ты плачешь?
Питер замер, не веря своим ушам. Он оторвал взгляд от океана и посмотрел на Феликса, в голубовато-зеленых глазах с прожилками плавящейся зелени которого застыло недоумение.
— Нет, это просто дождь… — Питер смахнул со щек мокрые дорожки и улыбнулся.
— Да? — Феликс протянул руку, коснулся мокрой щеки Питера пальцами и лизнул их, пробуя на вкус. — Какой соленый дождь…
