«Тебя уже не пугают его желтые глаза?»
«Нет. Они у него снова стали… Не могу описать этот цвет».
«Голубоватые с прожилками плавящейся зелени?»
«Именно».
«У него необычный цвет глаз. И он сам необычный. Надеюсь, что у вас все еще может получиться. И вы снова будете вместе».
«Не начинай! Он просто отличный парень и ничего больше. Ни-че-го. Понятно?»
«Ну это сейчас ничего. Кто знает, что может случиться?»
«Все. Я больше не желаю слушать этот бред. Увидимся завтра».
Последние два слова на мгновение вводят Робби Кэя в ступор, потому что он не понимает — кто именно написал это: Киллиан или Колин?.. Конечно, Колин, забывшись, что для настоящей реальности есть другие телефоны. Но Робу хочется, чтобы эти два слова оказались правдой для его другой реальности, поэтому он быстро набирает:
«До завтра».
Он знает, что ответом ему будет молчание, но еще некоторое время смотрит на экран, а потом засыпает в счастливой иллюзии, что завтра Питер Пэн и Киллиан Джонс непременно увидятся.
Хьюстонский рейс приземлился по расписанию — во время короткого перерыва между съемками дублей Колин успел зайти на онлайн-табло Ванкуверского аэропорта. И судя по времени, Сара должна была уже забрать Роба. Странно, что никто из них до сих пор ему не позвонил. Хотя это как раз объяснимо: нет смысла звонить во время съемок — невозможно угадать, когда будет перерыв. Но можно же прислать хотя бы смску? Такое тотальное «молчание» напрягало, и чтобы отделаться от появившегося нехорошего предчувствия, Колин сам набрал: сначала Робу, который быстро сбросил его вызов, а потом и вовсе отключил телефон; потом Саре — занято, занято и занято. Никто из них так и не перезванивает, и Колин почти запарывает следующий дубль, потому что ему хочется все бросить и рвануть домой, чтобы убедиться, что…
«Все в порядке. Он дома».
Сообщение от Сары Брикс успокаивает, но Колину все равно хочется сбежать со съемочной площадки, но теперь — потому что… он дома.
«Спасибо. Я твой должник».
«Брось все время вгонять себя в долги. Хотя от чашки кофе в твоей компании я не откажусь. Тебя забрать после съемок?»
«Не нужно. Я на машине».
«Хорошо. Завтра у вас дневные съемки. У обоих. Не проспите».
Беспокойство его отпускает, а вот блуждающая улыбка на его лице начинает беспокоить коллег по съемкам, включая членов съемочной группы и даже режиссера сцены, которую они снимают.
— Колин, ты что, сорвал джекпот? — съемка дубля прерывается именно из-за того, что выражение лица Киллиана Джонса не соответствует настроению происходящего в кадре. — Что за тихая радость?.. Сосредоточься. Вы, вообще-то, все в опасности.
И Колин сосредотачивается на съемочном процессе, чтобы не задерживать ни коллег, ни в первую очередь себя, потому что… Он дома.
Рабочий процесс закончился почти вовремя, и режиссер настоятельно попросил весь каст нигде не зависать, потому что у них у всех завтра дневные съемки эпизодов последней серии этого сезона перед длительным зимним перерывом. И если коллеги были рады последним съемочным дням и предстоящим каникулам, то Колин думал лишь о том, что перерыв в съемках разлучит его с Робби на несколько месяцев. Никто не отменял жизненных реалий: ему все же нужно слетать в Дублин к семье и увидеть, наконец, сына; а у Роба на декабрь намечены съемки в фильме, контракт на который он подписал еще до сериала… да и учеба опять-таки, родители, друзья. Впервые Колин ощутил то, о чем Робби ему беспрестанно твердил: есть реальная жизнь, о которой они должны помнить. А еще о том, что они — это временно… Радовало только то, что отец Роба подписал оба контракта, а значит, их «временно» продлится. И Колину хотелось бы, чтобы Робби был рядом как можно дольше, но сейчас у них оставалась какая-то неделя. В лучшем случае — две… Обо всем этом Колин думал, пока ехал домой. А еще о том, что телефон Робби был по-прежнему выключен. Это настораживало, как и то, что в окнах квартиры не горел свет. Беспокойство почему-то снова вернулось.
Simply Red — Your eyes
Колин, не зная, чего ему ожидать, повернул ключ в замке, толкнул дверь и с замиранием сердца шагнул в полумрак квартиры, освещаемой только огнями ночного города. Темный силуэт он заметил сразу — Роб неподвижно сидел спиной к двери в углу дивана, пристроив голову на сложенные на спинке дивана руки. Он никак не отреагировал на звук захлопнувшейся двери, и Колину показалось, что Робби просто-напросто спал. Он не стал включать свет, осторожно подошел к дивану со стороны спинки и присел, заглядывая в лицо своего мальчика. Роб не спал. Его неподвижный взгляд был устремлен в окно, и Колину даже показалось, что темные глаза как-то странно блестят… Или это отражение мерцания ночного освещения Ванкувера?
— Привет, — Колин провел рукой по волосам своего мальчика, убирая порядком отросшую челку с глаз. — Что-то случилось?
— Нет, — Робби качнул головой.
— Тогда почему сидишь в темноте?
— Может, мне нравится темнота… — Роб вздохнул, оторвал свой взгляд от созерцания ночного Ванкувера и посмотрел Колину в глаза. — У нас есть что выпить?
