— В холодильнике была бутылка вина, — Колин был несколько озадачен такой просьбой.
— А что-то покрепче? — Роб улыбнулся уголком губ, но Колина насторожила тоска в его глазах.
— Виски. Ирландский. Настоящий. Привез, когда последний раз летал домой.
— Да… — Робби поелозил подбородком по сложенным рукам, соглашаясь с предложением Колина. — Виски будет в самый раз.
— Ты пугаешь меня, — Колин встал на колени напротив Роба, сложил, в точности как он, руки на спинку дивана и уперся в них подбородком. Между их лицами — всего несколько дюймов. Они неотрывно смотрят в глаза друг друга, их дыхания смешиваются и невесомо касаются губ. — Что случилось?
— Ничего, — тихо, с придыханием, щекочущим губы. — Просто это последняя… съемочная неделя.
— И тебя это расстраивает? — на самом деле это обстоятельство расстраивало и Колина О’Донохью.
— Немного… — немигающий взгляд… и снова это невесомое касание чужого дыхания — легким мазком по губам, от которого начинает сладко ныть в груди, рождая невыносимое желание сократить между ними это еле ощутимое расстояние.
— Это всего лишь пара месяцев, и мы снова будем вместе. Сара сказала мне про контракты, — темный взгляд все такой же немигающий, глаза в глаза. — И потом… Мы можем не улетать домой сразу после субботней вечеринки, а задержаться после съемок на недельку… Можем уехать куда-нибудь отдохнуть на пару дней… Только ты и я… — Колин знает, что Роб в понедельник должен быть на учебе в своей Британской школе, и что у него через две недели начнутся съемки в другом проекте, но ведь всегда можно что-то придумать. — Можем сократить свои каникулы и вернуться раньше… — шепотом в приоткрытые губы. — А хочешь, я прилечу к тебе в Хьюстон или… — Колин готов на что угодно, лишь бы оживить этот немигающий взгляд. — Где там будут твои съемки? Я могу прилететь туда…
Роб вдруг быстро подается вперед и накрывает его рот своими высушенными их общим дыханием губами, прерывая не только поток слов, но и путая связанность мыслей своим поцелуем, в котором чувствуется горечь отчаянья. Такая порывистость пугает Колина куда больше, чем немигающий взгляд, и он торопливо отвечает на поцелуй и отстраняется, чтобы посмотреть в глаза своего мальчика, заглянуть в его душу и попытаться прочесть причины этого отчаянья. Но глаза Роба вдруг оживают, и он часто-часто моргает, потом судорожно втягивает в себя воздух и быстро отворачивается.
— Налей мне виски… — тихо, но отчетливо, и чуть заметная дрожь в голосе.
Колин тяжело вздохнул — он знает, что спрашивать о чем-то бесполезно, если Робби захочет, то сам все расскажет. Ему просто нужно дать время. А может, дело и вовсе не в них? Может, у Роба что-то случилось дома или в школе неприятности? Может… Но что-то Колину подсказывало, что дело именно в них и в их предстоящей разлуке. Потому что она вдруг стала осязаемой — холодная горечь на кончике языка, которую, возможно, перебьет обжигающе горький виски или нейтрализует на время… Ему тоже необходимо выпить, пока «холодная горечь» не отравила его. Колин поднялся с колен, замер, уперевшись руками на спинку дивана, намереваясь сказать Робу что-нибудь ободряюще-жизнерадостное, но вместо этого быстро прижался губами к вихрастой макушке застывшего парня, прошел в зону кухни и щелкнул выключателем. Он словно на автомате приготовил две порции виски: полстакана льда, виски — ровно столько, чтобы прозрачные кубики покрылись янтарной жидкостью. Колин вернулся в гостиную зону и протянул один стакан Робу, который сидел, казалось, с безучастным видом, уткнувшись неподвижным взглядом в пол. Он так и не поднял головы, принимая от Колина свою порцию алкоголя. Задумчиво качнул стакан, наблюдая, как кубики льда заскользили по кругу, сделал приличный глоток, поморщился и, откинув голову на спинку дивана, уставился в потолок все тем же отсутствующим взглядом. Колин изредка поглядывал на Роба, который после каждого глотка «зависал», раздумывая над чем-то. Они молча пили виски, делая перерыв между большими глотками, будто это и правда было их лекарством, нейтрализующим яд, который, казалось, проник со сгустившимся воздухом и в легкие. И действительно, с каждым глотком дышать становилось все легче. А может, все дело было в освещении, залившим мягком светом кухню и часть гостиной и разогнавшим не только полумрак, но и напряженность, повисшую между ними.
— Как дома? — Колин решил прибегнуть к проверенной стратегии, всегда помогающей вырвать Роба из тягостных размышлений — «неважно о чем, главное — говорить».
— Нормально, — Робби скользнул взглядом по потолку и поджал губы. — Сара позвонила отцу по поводу контрактов, поэтому проблем с их подписанием не возникло, — Колин, делая очередной глоток, незаметно улыбнулся — он не станет говорить Робу, что Сара Брикс звонила по его просьбе, потому что у него были серьезные опасения, что Робби мог и не сказать отцу о контрактах. — А еще увиделся с друзьями. Отлично провели время. И я, наконец, «выгулял» свою девочку.
— Девочку? — Колин чуть не поперхнулся виски.
