— Мальчишки мне не докладывали о возвращении «Веселого Роджера», — Сэд недоуменно дернул бровью. — Феликс тоже вернулся? А Хелли?
— Да нет, никто не вернулся. Просто… — Питер вздохнул. — Просто Киллиан должен был появиться в Неверлэнде. И мне показалось, что я видел его.
— Понятно… — Сэд кивнул, хотя ему было ничего не понятно, и, поднявшись с земли, махнул рукой, подзывая обратившего на них внимание Кайла.
Парень подошел к ним вместе с вновь прибывшим мальчиком, и пока Хранитель Снов знакомился с Берти, рассматривая через рукопожатие его потерянную реальность и настоящее имя, Сэд спросил Кайла о Киллиане. Выяснилось, что на самом утесе Кайл не был, но Берти сказал, что, когда он там оказался, то никого не заметил, но прозвучало это как-то неуверенно. Впрочем, он не заметил и Питера, потому что растерялся, оказавшись в незнакомом месте, и даже немного испугался. Хотя Берти куда больше боялся своей потерянной реальности, в которую он вряд ли захочет возвращаться. Пэна передернуло, когда он «увидел» причину этого нежелания — постоянное и совсем недружеское внимание со стороны капитана, которому мальчик был вынужден подчиняться. Поэтому, когда Берти не поднимая головы прошептал, что он хочет остаться в Неверлэнде, Питер не раздумывая дал свое согласие, а потом с улыбкой наблюдал, как Кайл, приобняв смущенного парня одной рукой, тряс того за плечо и уверял, что теперь он точно будет в безопасности.
— Может, организовать поиски, пока не стемнело? — Сэд снова вернул Хозяина Неверлэнда к мысли о пропаже Капитана Джонса. Он мотнул головой в сторону притихших Потеряшек, взгляды которых были обращены в их сторону. — Парни мигом прочешут весь остров.
— Нет, не стоит, — Питер поджал губы и покачал головой. — Я не уверен в том, что Киллиан здесь. Да и потом… Сумерки — плохое время для поисков, — Сэд молча кивнул, соглашаясь с Питером, который был рад, что парень не задавал ему никаких вопросов о Капитане Джонсе, потому что объяснения походили бы на бред сумасшедшего. В конце концов, поискать Киллиана можно попросить и волков, у которых и чуткий нюх, и острое ночное зрение. — А где Призрак?
— Ушел к себе, — Сэд пожал плечами как чему-то само собой разумеющемуся.
— А Тень? — Пэн закрыл глаза и попытался настроиться на черного волка, но ничего не увидел.
— Да, кто ж его знает? — Сэд снова дернул плечами и усмехнулся. — Бегает где-то… Может, охотится.
— Понятно… — Питер вздохнул и оттолкнулся плечом от дерева, о которое опирался.
В его Неверлэнде снова было тоскливо без почти всегда серьезного Феликса, без шебутного, смешливого Хеллиона, без требовательной и проницательной Сидни… Даже волки и те сбежали. Но особенно остро чувствовалось отсутствие Киллиана. До сдавленности в груди — будто не можешь вдохнуть сгустившийся воздух, а если и вдыхаешь, то он царапает твои легкие, и ты стараешься вообще не дышать и думаешь лишь о том, чтобы как можно скорее сбежать из своего же Неверлэнда. Беда в том, что он стал твоей Вечностью, в которую ты все равно вернешься и которая может стать твоим персональным адом.
— Все нормально, Питер? — Сэд тронул Пэна за плечо, участливо заглядывая в глаза.
— Да, — Питер уверено кивнул — он не должен показывать мальчишкам свою слабость. Он должен, несмотря ни на что, поддерживать в них веру — чтобы ни случилось, будет… — Все хорошо, Сэд. Мне пора, но я вернусь на днях, чтобы решить возникшие вопросы, не беспокойся.
Сэд ничего не говорит, когда убирает руку с плеча Питера. Никто ничего не говорит, когда Хранитель Снов уходит из лагеря, но в тишине, изредка нарушаемой треском костра, он физически ощущал и повисшее в вечернем воздухе напряжение, и пристальные взгляды провожающих его полутора десятков обеспокоенных глаз.
