Ashes Remain — Here For A Reason
Когда Капитан Джонс сказал Феликсу, что пришел за сердцем Хранителя снов, то почти не соврал. Он приплыл в Неверлэнд в поисках темного портала, который искал долгое время и даже нашел то, что действительно хотел найти — злополучный кортик, забравший так много жертв. Вернее, почти нашел… Темный Маг одного из миров, в которые можно было попасть через портал, обещал Киллиану информацию о точном нахождении кортика в обмен на Хранителя или в крайнем случае на холодное сердце хозяина Неверлэнда. И поначалу Джонс был готов пожертвовать этим высокомерным и дерзким Питером Пэном с его презрительным взглядом и вечной кривоватой ухмылкой, чтобы вернуть давно утраченное чувство — возможность снова любить. Но чем дольше Капитан общался с Пэном, тем больше привязывался к нему, тем глубже погружался в их пока еще дружеские отношения и понимал, что уже не может выпутаться из сетей наваждения колдовских зеленых глаз и ни за что не отдаст этого мальчика — ни Феликсу, ни Темному Магу в обмен на кортик, ни кому-либо еще. Этот мальчик будет принадлежать только ему… Киллиану хочется обладать душой Пэна, его сердцем, разумом, телом. Ему хочется чувствовать любовь к Питеру, но он испытывает только лишь желание. Желание обладать… Которое со временем стало изводить Капитана своей навязчивостью, лишая покоя, сна, занимая все мысли, вытеснив воспоминания о прошлом. Еще при первой их встрече Капитану Джонсу показалось, что Хранитель снов поможет ему проснуться и забыть о прошлом. Удивительно, но Киллиан действительно почти не вспоминал о делах давно минувших дней, не чувствовал ни сожаления, ни отчаянья, ни раскаивания — ничего, что раньше пытался топить в реках алкоголя. И это должно было бы радовать пирата, но неожиданно возникла новая напасть — зеленоглазый ангел с дьявольским характером. И теперь уже Капитан Джонс все чаще прикладывался к бутылке доброго крепкого рома, чтобы затуманенное алкоголем подсознание отключилось, а он мог забыться сном и не видеть в нем Питера с его глазами, что неожиданно становились темными, а пронизывающий и призывный взгляд, от которого невозможно было оторваться, затягивал как омуты. Не видеть ярко-красных по-детски пухлых губ, которые Питер торопливо обводил языком, оставляя влажный след, и которые нестерпимо хотелось попробовать на вкус. Хотелось настолько, что Киллиану Джонсу уже ничего не помогало, потому что он увяз в Питере и бредил им. Поэтому каждую ночь ему снились пронзительные зеленые, немного испуганные глаза Пэна и его яркие соблазнительные губы, которые были от Капитана близко. Очень близко… И Киллиан, глядя в завораживающие его глаза, медленно приближался к манящим, чуть приоткрытым губам Питера, в надежде, что наконец-то ему удастся урвать свой поцелуй, но всякий раз Питер Пэн в его сне удивленно вскидывал левую бровь, чуть прищуривал глаза, озорно улыбался и исчезал, растворяясь в воздухе…
И с каждым разом Киллиан все чаще вспоминал легенду о поцелуе Питера Пэна, что может оживить мертвое сердце. А что если он может вернуть и утраченную любовь? «Если только Хранитель полюбит того, кому дарит свой поцелуй». Эти слова Феликса накрепко засели в голове Киллиана Джонса. И ему хотелось верить, что их с Питером связывают непросто деловые отношения. Особенно последнее время, когда после заключенной сделки о выкупе Пэном привезенных Джонсом на остров мальчишек, если те захотят вернуться в свою другую реальность или остаться в Неверлэнде, их взаимоотношения внезапно улучшились, что Киллиана, надо сказать, только радовало. Порой ему казалось, что Питер неспроста проводит с ним почти все свое время, когда находится в Неверлэнде — может, Джонс был ему интересен как собеседник, или симпатичен как человек, или… Да неважно. Главное было, не торопить события и не спугнуть Питера своими необдуманными действиями, на которые Киллиана толкали его плохо контролируемые желания. Но Капитан, обладая должной выдержкой, благо что давно вышел из неуправляемого подростково-гормонального периода, не подгонял события, постепенно завоевывая дружбу, доверие и привязанность дерзкого красивого мальчика с его холодным сердцем Хранителя. А теперь, когда он получил право первого хода в их с Феликсом игре, где призом в случае выигрыша и был сам хозяин Неверлэнда, Киллиан решил, что сделает шаг, который или наконец сблизит его с Питером Пэном или лишит того немногого, что уже было между ними. И это довольно рискованный шаг, и было бы непростительно глупо ошибиться, когда цена слишком высока… Но для пирата риск — это то, с чем он сталкивается практически каждый день, а Кэпу всегда сопутствовала удача, и он решил, что рискнет, тем более что что-то ему подсказывало — ход будет верным и не оставит Феликсу ни малейшего шанса…
