— Они с Феликсом все подстроили, — Робби дернулся, выходя из своего ступора, прислушался к шуму, доносящемуся со стороны лагеря, и ухмыльнулся. — И пока они еще в Неверлэнде, ты можешь сказать Хеллиону спасибо за то, что снова помог нам встретиться.
— Обязательно скажу, — Киллиан наклонился к сидящему на кровати Робу, быстро чмокнул в губы и, ловко орудуя крюком, принялся заправлять рубашку в штаны.
— Твоего «спасибо» заслуживает еще кое-кто, — Робби быстро зашнуровал свои сапоги, подцепил куртку и, поднявшись с кровати, повернулся к Киллиану, который, избегая смотреть Робу в глаза, так подозрительно сосредоточенно шнуровал рубаху, что не оставалось сомнений, что он прекрасно знает, о ком сейчас идет речь. — Тебе не кажется, что условия твоей с ним сделки были неравноценными?
— В смысле? — Киллиан, все же оторвавшись от процесса завязывания шнурков и застегивания крючков, вскинул голову.
— Не делай вид, что ничего не понимаешь, — Роб усмехнулся. — Он сказал, что ты уступил ему ночь со мной в обмен на свое реальное имя.
— Но…
— Но сам провел со мной половину этой ночи, а значит, вашу сделку можно считать недействительной, — Робби покачал головой. — И зачем обманывать самого себя, Киллиан?
— О чем ты говоришь?
— О том, что ты не рассказал ему всей правды о том, что произойдет, если отдать свое реальное имя Неверлэнду.
— Ах, об этом… — Киллиан присел на кровать, чтобы обуть сапоги. — Ты думаешь, он случайно сказал свое имя здесь, где Неверлэнд его не услышит? — он вскинул голову. — Он сказал его не Неверлэнду, а мне. А что касается тебя… Он получил, что хотел. А еще он хотел увидеть, как тебе хорошо с… ним же. Ведь я — это и есть он в этой реальности. И мне показалось, ты был не против того, что мы сменяли друг друга, — Киллиан поднялся, деловито потопал ногами, чтобы сапоги сели так, как надо, и развернулся к Робу — нахмуренные брови и сложенные на груди руки не сулят ничего хорошего. — Ну, не сердись, — Киллиан виновато улыбнулся и притянул к себе насупившегося парня. — Я тоже соскучился по тебе, а он оказался понятливым, — он прижался губами к нервно пульсирующей на виске венке. — И я благодарен ему за то, что, несмотря на то, что ты всего лишь на одну ночь открыл для него свой Неверлэнд и на наши с ним договоренности, он позволил мне побыть с тобой.
— Каково это — договариваться с самим собой? — Робби прижался к груди своего Кэпа, но не почувствовав привычного запаха корабельной древесины, вскинул голову и понял, что снова разговаривает с Колином.
— Непривычно. Как будто мысленно разговариваешь с другим собой. И еще немного странно, когда не можешь управлять своим телом. Но в то же время — видишь, слышишь и чувствуешь все то же, что и… он, — Колин мягко обхватил ладонями лицо своего мальчика и поцеловал его приоткрытые губы. — Ты хотел прогуляться…
Питер мог бы просто щелкнуть пальцами, как только они вышли на лестницу, и переместить их с помощью своей магии в нужное место, но ему больше нравится, держась за руки, неспешно брести по тропинке, ведущей к озеру в глубине леса и к лагерю Потеряшек, и снова рассказывать Колину о своем Неверлэнде. Конечно, он рассказывал Колину о своей другой реальности и раньше. Но одно дело только слышать, и совсем другое, когда все видишь сам, находясь в этой реальности. И пока они шли к лагерю, Питер рассказывал о своих подопечных: и о мальчишках-потеряшках, что ненадолго задерживаются в Неверлэнде; и о тех, что уже давно находятся на острове, и которых он — Питер Пэн — считает своей семьей.
— Вместо Феликса за мальчишками теперь приглядывает Сэд.
— Успешно?
— Справляется. Мальчишки его слушаются… Серьезный и ответственный. Он мне нравится.
— Мне уже начинать волноваться по поводу этой симпатии? — в вопросе сарказм и нотки ревности, больше присущие Киллиану…
— Можешь считать, что это повод не оставлять меня одного надолго, — Питер рассчитывает, что его не менее саркастичный ответ все прояснит.
— Я намереваюсь остаться с тобой навсегда, — и это желание Киллиана…
— Мы еще успеем это обсудить, а у него осталось совсем немного времени… — во взгляде Питера укор, и Киллиан опускает глаза, а когда снова поднимает, прищуривается и улыбается в точности как Колин.
OneRepublic — Counting Stars
