В течение десяти дней Дитрич развил бурную деятельность — с альфой-управляющим Нессельридена Хельмутом мотался по складам, как заведённый торговался с неуступчивыми зерноторговцами, коих оказалось пятеро на пятитысячный Майнау, уговаривал, обещал… Я через микропортал воздействовал на тех, с кем говорил омега, гипнозом поддавливая его слова. Скупалось всё — неплохо росшие в здешнем климате рожь, ячмень, овёс. Немногочисленные запасы пшеницы, завозимые порталами, были полностью скуплены в первую очередь. На складах нашлись даже несколько мешков риса и гречки (их я оставил себе — то есть купили, но продавать не разрешил). На все вопросы о причине своих действий умело подкрашенный Дитрич стрелял глазками и многозначительно молчал, а я через портал внедрял в голову спрашивающего подозрения и панику. После наших закупок цена на зерно выросла вдвое.
Дитрич, повинуясь мне, остановился в своём коммерческом рвении, с зерноторговцами не общался и даже руководству купеческой гильдии, срочно прибывшей в дом Крафта Нессельридена выяснить, что происходит, не открылся, а я, незримо присутствуя при разговоре, давил на них и купцы отступились от несчастного омеги, паника в голове которого достигла крайних пределов. Весь на нервах, он почти перестал спать, а я в эти дни, к радости Эльфи, выходил в город только на краткие минуты — пробежаться по рынку, заскочить в дом проведать мелких и снова возвращался в лес, мониторить происходящее вокруг Дитрича.
Все кому надо, давно уже знали, что порталы на большую землю не работают — поступлений оттуда можно не ждать. Причина была неизвестна. Пока. И тут я выдал Дитричу информацию о разорении Тилории ордой демонов (Мол, демонических миров много. В один из них, но не мой — я не причём — был открыт портал и Тилория была съедена).
Омеге было велено ехать к Зульцбергу пообщаться по поводу векселей. Сам Карл был отстранён от ростовщического ремесла и Дитрич общался с его сыном омегой-вдовцом почти своим ровесником (разница в два-три года несущественна — это ж не сопляки Хильд и Лоррейн). После взаимных приветственных поцелуев, искренних (ну, почти) комплиментов, охов и ахов вокруг двух очаровательных детишек (Дитрич завидовал), скорбных вздохов при общении с Карлом — старик снизошёл до совместного чаепития, а затем снова удалился к себе — тешить немощную плоть с помощью здоровенного альфы-прислужника. Мой омега плавно перешёл к делу, пообсуждал сроки погашения векселей, попросил их отсрочить (я помог), о чём была сделана соответствующая запись на каждом из них и, как бы между делом поделился сведениями о гибели Тилории от демонов. Сын Карла сдержанно ахнул, пролил чашку с чаем на скатерть, мало что понимающие детишки были уведены няней-омегой в детскую и здесь Герти (так звали сына Зульцберга) дал волю слезам — его братья-альфы были в Тилории. Посидели, пообнимались, поплакали вместе, Герти немного успокоился, вытер слёзы — всё происходящее я слушал как радиопостановку, только с возможностью вмешаться в происходящее.
Дитрич пригласил Герти вместе с детьми к себе в гости.
«Вы знаете, господин Дитрич, я теперь совсем один… Странная болезнь отца многих отпугнула. Его дела в порядке, но желающих общаться с нашим семейством совсем нет. Я вам так благодарен за приглашение» — говорил Герти, вытирая платочком носик и осторожно промакивая глаза (макияж — святое!)
«Ну что вы, господин Герти, мне это несложно, и даже приятно. Вы знаете… у меня нет детей, а ваши малыши такое чудо! И я вот что придумал — давайте, вот прямо завтра, приходите все вместе к нам на чай, а потом мы покатаемся в санях в парке (тут, оказывается, есть парк для прогулок и весьма большой), у моего супруга чудесная пара серых в яблоках лошадей!» — щебетал Дитрич.
Слово за слово и омеги начали трещать так, как будто были знакомы тысячу лет. Ахи, охи, хихиканье, обсуждение тряпок и городских сплетен… За что мне это?
Послушав непрекращающийся трёп ни о чём (Так-то да, действительно ни о чём, но именно такой трёп очень важен в установлении близких контактов между омегами — обнюхиваются, присматриваются, выясняют, кто чего стоит и чего можно ожидать друг от друга), я вдруг вспомнил — демон я, в конце концов, или нет?
«Задушу!» — Дитрич вдруг услышал в своей голове раздражённый голос Господина и, ойкнув, прервался на полуслове.
Быстро свернув общение, омега покинул дом ростовщика, ещё раз настойчиво пригласив Герти с детьми в гости.
На следующий день весь Майнау шептался о причине прекращения работы порталов. Слухи обросли самыми фантастическим подробностями, как будто и в самом деле кто-то из местных видел этих самых демонов! Вот только не говорите после этого, что к Герти никто не приходит! Народная молва увязала эти слухи с Чёрным человеком, что было недалеко от истины. Волна сплетен росла.
Цена на зерно подскочила ещё. Но до четырёхкратной стоимости пока не дошла. Ждём.