В просвет между деревьями пролезли кусты с мелкими блестящим листочками, ароматно цветущие длинными гроздьями бело-розовых цветов и тут же усыпанные недозрелыми зелёными, созревающими с красным бочком и созревшими бордовыми ягодами, размером с хорошую вишню.
Под кустом кто-то мохнатый, с чёрными пятипалыми ручками, ловко обирающими ягоды и полосатым серо-чёрным пушистым хвостом, шебуршит палыми листьями.
Любопытная мордочка, похожая на обезьянку-старичка, уставилась на меня умными карими глазками.
Непуганый что ли?
Зверёк немного понаблюдал за мной и вдруг исчез! Просто растворился в воздухе! Раз! И нет его! Перейдя на энергетическое зрение, я увидел, что никуда он не делся, а просто замер неподвижно под тем же кустом и просто пережидает, когда я пройду.
Иду дальше, и, о чудо! Протиснувшись через кусты, выхожу на открытую просторную поляну. Местность понижается, справа из-за деревьев вытекает ручей, прихотливо вьётся между зарослей и выходит на заросшую травой луговину. А за ней ещё кусты, перелески и вдалеке, в мареве влажных испарений город…
А сейчас осторожно…
Помнится, еще в замке я слышал, что демоны, призванные барбанульцами, сожрали население Тилории. Если это так, то в городе, скорее всего пусто. Я видел чего стоят здешние бойцы против демонов. Сам завалил одного. Даже двоих — если считать летающую тварь. Противостоять им крайне сложно. Да ещё и искусники для демонов желанное лакомство.
Снова всплеск Силы. По-прежнему граница не пускает. Жесткий круг, но внутри этого круга я сам и ничего опасного нет.
Прыгаю к городу, почти под самые стены. Пусто…
Гулкая арка расхлебяненных городских ворот от створок которых ничего не осталось кроме груды измятой, изжёванной щепы и металлических полос, которыми они когда-то были окованы. Кое-где осыпавшиеся камни кладки стены и башен. Мои шаги эхом отдаются в гнетущей тишине. Людей в городе нет. С прошлого года нет. Птицы потихоньку начинают заселять доставшееся им пространство — природа не терпит пустоты.
Я прошёл арку въезда в город, оглянулся назад и вверх. Точно. Имеет смысл с воротной башни осмотреть окрестности. Левитацией переношу себя на забрало, выходящее на сторòну города. Фф-у. Я запнулся за искорёженные железки. Доспехи. Кто-то из стражи. Кираса раздавлена и пожёвана острейшими зубами. Между ржавых пластин видны кости — видимо демон, жравший стражника не стал выковыривать остатки тела из панциря, а головы нет, рук и ног тоже. Откушены по самый пах, так, что осталась только рваная кольчужная юбка, обтянувшая треснувшие кости таза. Вон и меч, трòнутый ржой валяется.
От остатков тела несчастного до сих пор разит. Не свежатина, но запах сгнившей плоти чувствуется и прилично чувствуется. Сколько же времени прошло? На замок Хоэншвангау напали осенью… Три местных месяца с учётом зимы, да весна с месяц — всё это по климату Майнау. Всего около ста шестидесяти дней. Много… Тут если кто живой и оставался, то либо умер либо ушёл куда. Сидеть в пустом городе, оно такое…
Повсюду видны следы разрушения, кое-где обваленные островерхие черепичные кровли. Видно, что ломали. Заглянув с вершины башни между узких улиц, увидел проломленные стены домов, валяющиеся на камнях мостовой тряпки, кое-где части доспехов… И тишина. Тишина мёртвого, пустого города.
Познание Силы. Пусто. Людей нет… Волна Силы, вернувшаяся ко мне, показала, что в ровном синеватом круге раскинутой сети появились чёрные пятна. Небольшие. Движущиеся. В мою сторòну.
На всякий случай проверил на поясе меч и баклер.
Где-то между разрушенных домов заплакал ребёнок. Грудной. Заливисто, громко, безутешно. Откуда он тут? На пятый месяц после разрушения города? Ни один младенец столько не проживёт.
А ребёнок всё рыдает и рыдает. Или может быть кто-то смог выжить? Но Сила ничего не показывает. Только птицы и чёрные пятна. Ещё раз познание. Пятен больше. В первый раз было три. Сейчас уже пять. А ребёнок надрывается плачем. Где это?
Я оглядываюсь, ища, откуда идёт звук. Там. Ребёнок плачет там. Вон и крыша подходящая. Сейчас, маленький, сейчас. Дядя Ульрих (или Макс) тебе поможет. Посмотрим, что с твоим папочкой. Почему он тебя бросил.
Прыгаю телепортом на примеченную крышу. Сапоги скользят кожаными подошвами по черепице. Удерживаю себя телекинезом.
Ох-х… Как тяжко-то. Воздух стал густым-густым. И его стало не хватать. Прямо как в замке, когда впервые демоны появились. Задохнувшись, я потёр грудь и присел у края крыши.
Плач усилился. Где-то тут орёт. Заглядываю сверху в тень узкой улочки. Вон оттуда. Из того окна.
Осторожно опускаюсь на камни узенькой улицы. Кидаю быстрый взгляд в оба конца. Пусто.
Вот и окно, откуда слышен крик младенца.
— Дядя, дядя, помогите, — шепчет кто-то детским голоском из темноты проёма с выбитой рамой. Обтрёпанная занавеска мотается на сквозняке.
Заглядываю внутрь и едва успеваю, на одних инстинктах, отшатнуться в сторòну — что-то небольшое, не больше кошки метнулось изнутри, пытаясь вцепиться в лицо. Голова кружится так, что я едва стою на ногах.
Плач усилился. Повернувшись, разглядываю этого ревуна.