Прибежал я оттуда, в переулок спрыгнул с той сторòны, а на крышу пришёл с этой, значит, ворота там — начал я ориентироваться заново. Да-а. Снизу всё совсем по-другому выглядит.
Надо через перекрёсток проскочить и вот по той улице прямо и прямо, а там видно будет. Средневековые города категорически не имели прямых улиц возле стен — это нужно для оборòны. И углы поворота таких улиц очень круты, как бы, не под 90 градусов.
Вдоль стен, внимательно оглядываясь вперёд и назад, и то и дело кося глазом вверх, пробегаю по мощёной камнем улице, стараясь пригибаться под подоконниками выходящих на эту улицу окон.
Поворот. Улица сужается, слава Великой Силе окон нет, только пара дверных проёмов с выбитыми дверями. Ещё поворот. Тупик.
Чёрт! Чёрт! Чёрт!
Куда-то не туда я зашёл. И Силой не воспользоваться!
Назад! Срочно назад! Жопой чую, как утекает время…
Возвращаюсь. Стоп!
Дверь!
Я остановился у дверного проёма. Прислушался. В разорённом доме тихо. Понюхал воздух. Брошенное жильё имеет особый запах. Вроде, никого.
Если попробовать подняться повыше, скажем, на чердак, то там слуховые окна есть. Можно сориентироваться. Понять куда, в какую сторòну бежать дальше.
Заглядываю в дверь, быстро окидываю взглядом помещение. Маленькая прихожая, прямо — сорванная, разбитая до щепы дверь, оттуда неясный тусклый свет окна на противоположной сторòне здания, левее деревянная лестница наверх, залитая тёмными пятнами. Кровь, похоже, прям, целый поток сверху лился.
Зашёл внутрь, покачал перила лестницы. Крепко. Прижимаясь спиной к стене, шагаю по ней вверх, стараясь обходить давно засохшую и разложившуюся кровь. Рассохшиеся ступени скрипят, нет, даже не скрипят, а прямо воют под моими ногами.
Да чтож такое-то!
Второй этаж. Тут светлее. Сквознячком из разбитых окон мотает разодранную на вертикальные полосы портьеру на проёме в просторную гостиную. Диван с полосатой обивкой изорван и в кровавых пятнах. Под ним валяется кукла с вывернутой ножкой и в полинявшем костюмчике…
Отворачиваюсь… Дети… Тут были…
На цыпочках пробегаю по коридору, у некоторых комнат двери сохранились, где-то сорваны с петель. Развороченные внутренности сравнительно зажиточной квартиры. Глубокие царапины от когтей на полу, пятна, обрывки одежды. Есть и клочья волос. Судя по следам, взрослых тут было как минимум трое. Детей… Кроваток детских видел пять…
Чёрт! Не хочу! Где эта грёбаная лестница на чердак?!
А, нашёл! В конце коридора у чулана. Скорее!
Тяжеленный люк с трудом поддаётся моим усилиям. Запыхавшись от натуги, вылезаю на чердак и осторожно прикрываю его за собой.
Душно от нагретой лучами Эллы черепицы, пахнет пылью и птичьим помётом. В дальнем конце чердака заполошно забились и вырвались на свободу через слуховое окно какие-то птицы. Голуби что ли? И как это они тут с такими летающими змеями уживаются? Это ведь такая же тварь, которую я кирпичом ещё в замке прихлопнул. Они ещё на полудохлом демоне пировали. Там они мелкие были, как воробьи. А тут мне выросшая попалась.
Окна с выбитыми деревянными планками жалюзи открыты на все четыре сторòны. Вполглаза заглядывая в каждое, я увидел, наконец, стену города и воротную башню. Ту, которая мне нужна.
Закрыл глаза, запоминая расположение зданий и направление улиц. Тех, что смог увидеть с этого, не самого высокого чердака.
Снова поплохело.
Извивающийся безглазый змей похожий на летающего кивсяка, царапая черепицу тысячами чёрных блестящих ножек приземлился рядом со слуховым окном у которого я стоял.
Обложили демоны.
Я отпрянул от открытого окна.
Быстрее вниз!
Не прячась, рванул люк, ссыпался по ступеням приставной лестницы, прихлопнул за собой толстую деревянную конструкцию. Против демона люк ничто, но хотя бы задержит ненадолго.
Промчался по коридору к лестнице. Уже приготовился бежать по ней вниз, как какая-то мысль царапнула меня. Стоп!
Врываюсь в гостиную, ныряю рукою под диван и, сунув сломанную куклу за пазуху, бегу вниз, прочь из дома.
Выскакиваю из этой улицы на уже знакомый перекрёсток, оглядываюсь.
Из переулка, царапая широченными чешуйчатыми плечами стены, протискивался демон. Тот самый который нашаривал меня рукой. Башки у него почти не было, так, между плеч невысокий бугор, обрамлённый по кругу блестящими багровыми глазами. А вот пасть его не закрывалась совсем и на груди между длиннющих, до земли, лап, зияла её дыра, обрамлённая торчащими в разные сторòны зубами.
— Дядя, помоги, дядя, — донёсся до меня детский плачущий голосок.
Ковыляя в мою сторòну на кривых мускулистых ножках, слишком маленьких для такого большого тела, что вынуждало демона опираться на руки, чудовище не переставало звать, приманивать человека. Мозгов у него, видимо, было немного, иначе бы он давно понял, что его приманка не работает.
Я бросился назад и снова вернулся в ту улицу, из которой выбежал.
Там было два входа в дома. В одном из домов я побывал. А второй надо проверить.