Хозяином дома, на наше счастье оказался пожилой одинокий альфа, господин Шеер, тяготившийся содержанием просторного для него дома и мне только чуть-чуть пришлось подправить его желание гипнозом, чтобы он скорее согласился на продажу. К тому же вместе с домом он согласился уступить нам и находящийся ниже дома просторный одноэтажный пристрой, стоявший вплотную к лестнице входа в дом. Всё это счастье нам обошлось в три талера, как по мне — дороговато.
Покупать дом договорились назавтра, а пока нам надо легализоваться, да и опекунство оформить тоже необходимо.
Алтарь Силы, ближайший к нам, находился в конце набережной, там, где она кончалась и кусок берега не был застроен, несмотря на дефицит земли в Лирнессе. Люди не решались строить дома и дороги на месте силы. Только вдоль самого берега между высоких каменных бордюров были посажены буйно цветущие какими-то сиреневыми цветками сизо-зелёные растения, росло несколько деревьев, да грунтовая тропинка проходила к ажурной металлической беседке с куполом на четырёх столбах. В центре беседки лежал низкий, едва видимый со сторòны, грубо обработанный красноватый камень с частыми белёсым прожилками.
В рате Синего крейса, где нами было заявлено желание о проведении обряда на Алтаре Силы, к Алтарю силы с нами пошёл искусник, как раз и занимавшийся такими делами и писец с большущей канцелярской книгой. Искусник, господин Армин фон Виг, повёл нас к беседке и, войдя туда, расставил всю нашу толпу вокруг камня, Веника на руках держал Эльфи, а я Сиджи и Юта — сразу обоих, Аделька присутствовал с пустыми руками. Специально я одеваться не стал, да и не во что, поэтому был в своей, ещё замковых времён куртке и таких же штанах, заправленных в сапоги, только кожаный жилет, пробитый на спине кирпичом, одевать не стал. Рожу не прикрывал — неправильно поймут, на голове — шляпа с полями.
— О чём вы хотели заявить перед лицом Великой Силы? — задал вопрос искусник и усевшийся на принесённую скамеечку за пределами Алтаря писец тут же заскрипел стальным пером.
— Дело в том, господин Армин, что я хотел бы оформить опекунство над этими людьми, — я указал на Сиджи и Юта, Эльфи с Веником на руках шагнул ко мне ближе.
— Насколько я вижу, все заявленные люди искусники, вы, оме, тоже искусник. Но назовитесь и я думаю, что Великая Сила не будет против благого дела.
— Ульрих Фрейтаг Генрих фон Фалькенштейн, маркиз Аранда, младший сын Герхарда Фридриха седьмого Великого герцога Лоос-Корсварм к вашим услугам, господин Армин, — кивнул я головой, представляясь и белёсые полосы в камне вспыхнули.
— Ваша Светлость, оме, — наклонил голову Армин фон Виг, — Великая Сила подтверждает ваши слова. Писец снова заскрипел в книге.
Я шагнул к камню ближе:
— Представляю на суд Великой Силы и свидетельствую, что младенец этот является Винрихом Адалвалфом Дитером фон Юалдом, барòном Тилории, подлинность названного титула засвидетельствована имеющимися документами, четырёх месяцев от роду, рождённый в пятнадцатый день месяца нонуса прошлого 856 от создания Схолы года (в Лирнессе года считали от создания Схолы).
Камень вспыхнул, писец скрипел пером, а я продолжал.
— Перед Великой Силой заявляю, что я, Ульрих Фрейтаг Генрих фон Фалькенштейн, маркиз Аранда, младший сын Герхарда Фридриха седьмого Великого герцога Лоос-Корсварм, добровольно и без всякого принуждения согласен стать опекуном до совершеннолетия и оказывать всяческое покровительство и любую, буде в моих силах, помощь Винриху Адалвалфу Дитеру фон Юалду барòну Тилории…
Снова полыхнул камень.
— Также заявляю, что дети эти, Сиджи… э-э… и Ют… десяти лет от роду, рождённые, — Сиджи и Ют зашептали мне с двух сторòн свои дни рождения, — в пятый день месяца тертиуса 846 от создания Схолы года, — я шевельнул кулёк с Сиджи, — и в двадцать первый день месяца секстуса 846 от создания Схолы года, — теперь шевельнул кулёк с Ютом, — по фамилии… э-э… Аранд, являются искусниками.
Камень согласно полыхнул.
Я повторил формулу опекунства над Сиджи и Ютом.
Великая Сила согласилась и здесь.
— Заявляю, что Эльфиус Иберг, двадцати пяти лет от роду, рождённый в тридцать четвёртый день месяца октавуса 831 от создания Схолы года, присутствующий здесь, является моим, Ульриха Фрейтага Генриха фон Фалькенштейна, маркиза Аранда, младшего сына Герхарда Фридриха седьмого Великого герцога Лоос-Корсварм, Личным Слугой о чём есть свидетельство Великой Силы…
Камень засветился и долго не гас. Видимо, Великая Сила как-то загоняется по Личным Слугам, чем-то они ей важны, раз так камень реагирует.
Брови Армина фон Вига поднялись вверх, писец оставил своё занятие и тоже таращился на камень.
Ещё одно. Аделька. Ему тоже нужны документы.
Камень погас и я продолжал: