Предупредив ее, что съезжаю, в связи с тем, что собираюсь отправиться в Париж, полностью рассчитался с нею, и подойдя к коляске своего мотоцикла, некоторое время, разглядывал ее размышляя о том, что, зря покупал. Ведь по сути, я и пользовался ею только по дороге сюда в Марсель. А единственной пассажиркой, оказалась Татьяна Ларина, та самая, что осталась в Лионе. Сейчас, в отсутствии мотоцикла, коляска была мне уже не нужна, да и времени для того, чтобы ее продать у меня тоже не было. Поэтому подойдя еще раз к хозяйке, так и сказал, что если нужна, пусть заберет себе, а если нет, то может делать с нею все что пожелает. И судя, по ее хитрой улыбке, она уже знала, куда ее можно пристроить. После этого, прежде чем вызвать такси, зашел к местному сапожнику, и попросил мастера наложить шов на мой многострадальный чемодан. В прошлый раз, я зашивал его сам, на этот решил довериться мастеру. За каких-то десять франков, получил его обратно, как новенький.
Решив здесь все вопросы, я сел в такси и попросил доставить меня на аэродром. Зайдя в диспетчерскую, поинтересовался на счет возможных пассажиров, или почты. Оказалось, что имеется довольно выгодный заказ в Барселону. Подобное меня вполне устраивало, и потому, уже через какой-то час, я оказался в воздухе. Лететь было недалеко, и за каких-то два с половиной часа я добрался до места. Стоило дойти до диспетчера, как меня «обрадовали» достаточно выгодным заказом, от графа де ла Моля которому припичило отправиться в собственное поместье на Форментеро, остров находящийся рядом с Ибицей. Ждать пока его светлость соизволит появиться на аэродроме, пришлось довольно долго, но с другой стороны, подобные перелеты всегда оплачивались очень хорошо, поэтому я не особенно расстраивался.
Следующие четыре с половиной часа, я провел над средиземным морем, прибыв к месту назначения уже к вечеру. Переночевав в местной гостинице, утром прекрасно позавтракал, и довольно быстро мне нашли, достаточно выгодный передет в Малагу, крупный город на Испанском побережье, где имелся морской порт, и вполне можно было решить вопрос с перевозкой судна хоть в Американские штаты, хоть куда-то еще. Лететь было нескеолько далековато, но тем не менее я вполне укладывался в перелет, и хотя к моменту посадки изрядно устал, но зато чувствовал, что изрядно запутал свои следы, и меня вряли кто-то разыщет. Во всяком случае в скором времени, а дальше я окажусь уже за океаном, сменю имя и найти меня будет намного труднее.
Оставив свой самолет на аэродроме, оплатил стоянку, предупредил механика о том, что скорее всегу, нужно будет готовить самолет, для морской перевозки, подхватил свой чемодан и отправился в город, где снял номер в отеле. Здесь привел себя в порядок, и решил прогуляться по городу, посидеть в каком-нибудь баре, а после лечь спать, чтобы на следующий день спокойно заняться своими делами для найма подходящего судна, чтобы отправиться самому и отправить свой самолет на другой континент.
Бар в котором я устроился располагался прямо на набережной. В двух шагах от моего столика находилась скамейка, установленная прямо у кромки воды. Поинтересовавшись у официанта, можно ли мне пересесть на ту скамью, услышал:
— Да, хоть и на парапет. Многие так делают. Это же так романтично, смотреть на плещущиеся волны с бокалом вина… — Официант оказался тем еще мечтателем.
Поэтому подхватив с собой бутылочку моллодого вина и бокал, перешел туда, и размечтался раздумывая о том, что же ждет меня, там, за горизонтом. И чем, наконец закончатся все эти бесконечные переезды, и бег от самого себя. Наступит ли спокойная жизнь, или я все так же буду стремиться куда-то еще, в неизвестность. А ведь впереди еще будет война, а мне очень хочется отправить письмо Сталину, с точным указанием места клада, и его содержимого. Эта идея пришла в голову достаточно давно, и я как-то даже набросал примерное письмо, к которому приложил кусок карты, с отмеченной на нем точкой захоронения сокровищ и описанием всех примет. Интересно, а если я уеду скажем в ту же Аргентину, или куда-то еще, письмо найдет адресата? Хотя если подумать, достаточно наверное будет отправить его в советское посольство, а там передадут кому следует. Не знаю, как с этим обстоят дела в Аргентине, но вроде бы в Соединенных Штатах, это посольство уже имелось. Так что скорее всего, придется отправлять письмо именно туда.
Пока же черновик лежит в чемодане, вместе со всеми сбережениями и дарственной грамотой, возаводящей моего предка в потомственное дворянство. Ну, а, что. Ведь изначально, дворянское достоинство, даровали за безупречную службу отечеству. Это после уже извратили все на свете. Может отправка письма с указанием места захоронения клада смогут счесть за службу отечеству? Хотя вряд ли. Скорее спустят всех собак, еще и поиздеваются над тем, что отдал это место из-за того, что не смог дотянуться до него сам. Впрочем, все это дело будущего.
