Вела себя Сакура хуже маленького дитя и беременной женщины, когда у неё наступали критичные дни. Поэтому братья и обращались с дурнушкой как с малым дитём и беременной женщиной в одном лице. Чтобы успокоить, таскали ей сладости, и девушка сразу же смирнела. Но в этот раз на плечи Харуно свалилась не только жуткая нервотрёпка, но ещё и беременность, поэтому успокоить бедную Сакуру возможностей стало маловато.
Братья Учиха просто молча терпели излишки бурного нрава и плохого настроения и смотрели на то, как по комнате носится взбешённая всеми правдами и неправдами жизни дурнушка.
— Ей ещё долго собираться? — осторожно поинтересовался Саске у братца.
Итачи пожал плечами, мол, откуда мне знать?
— Сам у неё и спроси, — ответил он, закончив со своей работой. Пока Сакура копалась в своем шкафу, Итачи умудрился уложить нижнее бельё в чемодан и остаться незамеченным.
— Нет, ты спроси, — шикнул Саске. — Она на тебя кричать не будет.
— С чего ты взял?
— Она тебя больше любит.
Итачи усмехнулся и съязвил:
— И это мне сказал парень дьяволицы, с которой он вот-вот обручится.
— Ну, Ита-а-ачи… — взмолился Саске. — Ну, будь примерным братиком! Я ведь не выдержу!
— Раз взялся за гуж, не говори, что не дюж, — хохотнул Итачи и из вредности решил оставить злобную Сакуру на своего младшего брата.
У Учихи-старшего был особый дар, которым мог похвастаться не каждый, а именно: усмирять строптивых и успокаивать буйных одним словом и мягким взглядом. Саске же был личностью, имевшей в заднице шило, и если уж он собрался каким-то чудесным образом сдержать буйного барана, так единственное, чем он сможет похвастаться — наставить рога на рога. Такая практика всегда оканчивалась неудачей.
— Тогда не буду спрашивать, — упёрся Саске, тяжело вздохнув. — От греха подальше.
— Ладно, — уступил Итачи с лёгкой улыбкой на лице. — Учись, пока я жив.
С этими слова старший Учиха поднялся с места и грациозной походкой настиг у шкафа Сакуру. Он галантно перехватил у неё вещи, валящиеся из её тонких рук, и помог донести всё барахло до кровати. Под жалобы Харуно о том, что её шкаф скоро разорвётся от ненужных вещей, которые вечно ей присылают её стилисты, Итачи молча укладывал всё в чемодан и смиренно поддакивал девушке. Через пятнадцать минут стараний Итачи своим бархатным мелодичным голосом спросил, сколько ещё времени потребуется Сакуре.
Харуно остановилась, посмотрела на брюнета проницательным взглядом. Сложно было догадаться, что же сейчас выберет девушка: низкие или высокие тона. Саске всё-таки склонялся ко второму и упрямо не верил в успех брата. Атмосфера накалялась, и даже сам Итачи уже понял, что миссия провалена. Он уже мысленно перекрестился и приготовился принять удар на себя на радость своему младшему брату.
Однако дурнушка тяжело вздохнула, провела рукой по взъерошенным волосам и спокойно ответила:
— Нет, Итачи, мне нужно ещё пять минут, чтобы волосы уложить. Как ты меня только терпишь с моим-то характером…
Итачи облегчённо выдохнул и поспешил заверить девушку, что она божий одуванчик и ему никогда не приходит терпеть её закидоны. Саске только закатывал глаза, поглядывая на братца-льстеца, и в тайне завидовал его скрытым способностям.
— Можешь не торопиться, — обнадёжил её Итачи. — У нас ещё целых полчаса. Успеем.
— Спасибо! — облегчённо выдохнула Сакура и, ссутулившись, потопала в ванную. Ей оставалось только захлопнуть за собой дверь, и тогда бы Саске тоже свободно вдохнул свежего воздуха, не беспокоясь за свою жизнь. Однако девушка развернулась на носочках, недобро сверкнула глазами и рявкнула:
— А ты, Саске, даже помочь никогда нормально не можешь! — и с грохотом захлопнула дверь.
Саске, бедненький, обиделся, встал и, не глядя на брата, который теперь предстал перед ним в роли обидчика, направился прочь из комнаты.
— Иди ты к чёрту, Итачи! — буркнул он себе под нос. Старший Учиха взял чемодан и последовал вслед за младшим братцем.
— Ну, ты чего? — засмеялся Итачи, развеселённый финалом наинтереснейшей драмы.
— Отстань!
— Я не виноват, что у тебя язык из жопы растёт.
— Вот почему ты вечно сухим из воды выходишь?! — недоумевал Саске. — Я ведь даже слова не сказал, а всё равно виноватым остался! Молчание же — золото!
— А слово — серебро, — подмигнул Итачи, хитро улыбнувшись.
========== Глава XXIV. Часть 2. ==========
— Welcome to Австралия! — как-то уж слишком вяло вскрикнула Сакура, наконец оказавшись в номере гостиной. Перелёт ей дался с трудом. Вся измученная тяжестью живота и плохим настроением, Харуно мечтала соприкоснуться головой с подушкой и уснуть на часок-другой.
