– Хорошо. Но в нужный момент остановитесь. На кульминацию осенних торжеств я запланировал особый сюрприз. Не хочу, чтобы мне кто-то мешал.
Слова об «особом сюрпризе» наполняют меня ужасом. Все, что Болтов считает особенным, мне определенно не понравится. Впрочем, сейчас мне лишь остается вместе с музыкантами двигаться в сторону помоста. Лидер задает тон первой мелодии, остальные его подхватывают. Раф, храбро изображая улыбку на лице, постукивает по забавному маленькому барабану.
Через два часа начинают болеть пальцы. Никогда еще я не играла так долго и настолько усердно. Но даже когда руки почти сводит судорогой, я по-прежнему заставляю себя перебирать струны, ведь на карту поставлена моя жизнь.
А потом музыка внезапно обрывается. Я перевожу взгляд с лидера музыкантов на короля. Болтов вскидывает вверх руку и, будто знаменуя нечто мрачное, медленно поднимается с трона. Выпрямившись во весь рост, теперь он возвышается над всеми остальными в зале.
– Мои славные подданные, сегодня заканчивается осень и наступает зима. В этот день, как заведено, живые уступают место мертвым, а один мир переходит в другой. Завеса между нами и Запредельем сильно истончается.
По залу проносятся возбужденные шепотки. Придворные хватают кубки и жадно глотают хмельные напитки. Им явно не терпится увидеть, что задумал король. У меня же к горлу подступает тошнота.
– Знаю, многие из вас ожидают сегодня развлечений, подобных тем, что были вчера, особенно с учетом моих украшений. – Подняв руки, Болтов обводит развешанные по всему залу клетки. – Однако сегодняшний вечер особенный. Он посвящен мне и истории, начавшейся сотни лет назад со смертью короля Авинесса Шестого. – При упоминании правителя древности собравшиеся фейри начинают неодобрительно свистеть. Тем временем Болтов медленно спускается по лестнице в задней части помоста. – Ни для кого не секрет, что некоторые фейри все еще надеются возродить линию правления Авинессов и верят, что существует истинный наследник престола, даже несмотря на то, что корону ношу я. – Для выразительности он постукивает по стеклянному символу власти у себя на голове. По залу прокатываются смешки. – Так вот, сегодня вечером я доставлю себе удовольствие полюбоваться, как простится с жизнью последний из этого рода, чтобы отныне и впредь не возникало вопросов о том, кто более всего достоин занять трон.
Повинуясь жесту Болтова, открывается боковой вход в зал, и в дверях появляется небольшой отряд потрошителей. Их командир, которого я видела в лесу, толкает перед собой беспомощного, закованного в кандалы Дэвиена. Когда его ведут по залу к королю, придворные разражаются глумливыми криками и плюют в его сторону.
– Преклони колени перед истинным королем фейри. – Потрошитель с усмешкой бьет Дэвиена сзади по ногам, и тот падает на пол.
– И вот этот слабак – последняя надежда «могущественного» рода Авинессов, которого десятилетиями охраняли в Природных Землях? Он собирался выступить против меня? – смеется Болтов, и ему вторят придворные. – Этот жалкий болван думал, что духи древних королей из озера Помазания помогут ему взойти на трон, но у него нет никакой истинной силы.
Болтов резко пинает Дэвиена в челюсть, и лишь потрошитель, удерживающий его на месте обеими руками, не дает пленнику упасть. Изо рта Дэвиена начинает капать кровь, но он не отрывает глаз от короля. Меня он пока еще не видит. Наверное, так даже лучше.
– Раз тебя самого обделили истинной силой, ты взялся выискивать ее в других, – рычит Дэвиен и плюет королю в лицо.
– Невоспитанный грубиян, – вкрадчиво произносит Болтов, проводя когтем по щеке Дэвиена. – Я с удовольствием разрежу тебя на кусочки. – Болтов бросает взгляд через плечо. – Музыку, подходящую для крови.
Главный менестрель берет скрипку и, поколебавшись всего мгновение, извлекает пронзительную ноту, похожую на отдаленный крик. Барабанщик начинает отбивать пульсирующий ритм, до жути неторопливый, но непреклонный.
Вот он, мой шанс. Поймав взгляд Рафа, я киваю и снимаю с шеи кулон. Зажимаю его в той руке, которой играю на лютне.
Когда музыка набирает темп, я делаю шаг вперед, потом еще один и еще, постепенно подходя ближе к королю и его пленнику. Придворные провожают меня взглядами, и это привлекает внимание Болтова. И Дэвиена. Он чуть шире распахивает глаза. Я же всеми силами стараюсь растянуть губы в безумной улыбке. Успешно, судя по всему, потому что Дэвиен вздрагивает.
Смеясь, я кружусь рядом с ним и лихорадочно, почти неистово начинаю бренчать на лютне, выводя минорные аккорды, намеренно диссонирующие с мелодией скрипки. Это не музыка, а просто набор жутких звуков. Притопывая ногой, я бросаю почти нетерпеливый взгляд на Болтова. И читаю в его глазах одобрение.
– Да! Да! – смеется он, поднимая когтистую руку. – Мы будем танцевать за его смерть!
Остальные фейри со смехом начинают кружиться по залу. Болтов бьет Дэвиена по лицу, и кровь брызгает на пол.
