Внутри все сжимается, но я продолжаю играть. Дэвиен больше не смотрит на меня. Он сгорбился в руках держащих его мужчин. Понимает ли он, что я делаю? Смотрит ли на мои ноги?
И краем глаза вижу, как Раф, неистово стуча в свой маленький барабанчик, делает шаг вперед.
Тем временем происходящее в зале приближается к критической точке. Болтов все с большей жестокостью наносит удары. Я продолжаю кружиться, рисуя ногами на полу невидимые фигуры – те же самые символы, которые я создавала в озере. Их мы вместе с Дэвиеном изучали для ритуала отречения. Остается лишь надеяться, что начатый ритуал все еще в нас и обладает достаточной силой, чтобы его можно было закончить.
– Посмотрите на него! – кричит Болтов, и все замедляются. Я заканчиваю движения, чувствуя, как нагрелся в руке кулон. – В этом мужчине нет ничего особенного. Он…
– Может, в нем пока и нет ничего особенного, но во мне уж точно есть, – перебиваю я.
Болтов крутится на месте. Я же поднимаю кулон повыше.
– Ты это ищешь, верно? – рычу я, как будто у меня тоже есть крылья и клыки, и я могу стать столь же пугающей, как любой фейри. – Тебе нужно именно это, чтобы стать истинным королем. Сейчас же ты лишь мнимый суверен, живущий в замке, украденном твоими предками, и правящий с помощью страха и обрывков силы.
У Болтова загораются глаза, он расплывается в ухмылке, обнажающей акульи зубы.
– Ты человек.
– А ты последний Болтов, от которого страдают фейри.
Он заглатывает наживку и бросается на меня. Я намеренно жду, пока он начнет двигаться. Болтов слишком упорно стремится ко мне, так что при всем желании не сможет быстро повернуться. Я разжимаю пальцы, позволяя кулону упасть. Но прежде, чем он достигает пола, сбоку от меня размытым пятном мелькает Раф. Болтов уже тянет вперед когтистые руки, но маленький фейри выхватывает драгоценность прямо у него из-под носа и ловко мчится вперед, обставляя застигнутых врасплох потрошителей.
Раздается крик Хола, однако я не свожу глаз с Рафа и Дэвиена. Мальчик швыряет кулон. Дэвиен тянется вперед, насколько позволяют цепи, и в тот миг, когда потрошители бросаются к нему, сжимает в пальцах стеклянное украшение.
– Я отрекаюсь от престола! – кричу я что есть мочи, чтобы услышали все собравшиеся. Мой голос эхом отдается во всех уголках древнего замка и сотрясает само основание холма, на котором был коронован первый фейри, чтобы правители, все еще наблюдающие за мной, поняли мои намерения. – Правь вместо меня! Это твое королевство, твоя корона, и сила древних королей тоже принадлежит тебе! Встань, король Дэвиен Авинесс.
Слова странным образом отдаются в ушах, как будто с задержкой, со странным эхом. А после пол подо мной содрогается. Невидимые линии, которые я нарисовала, начинают светиться, как и сам кулон, все ярче и ярче, почти нестерпимо. Затем пол идет трещинами, а кулон разлетается вдребезги в руках Дэвиена. Удерживающие его кандалы рассыпаются пылью, и он выпрямляется, высоко вздернув голову и расправив плечи. От ран на его теле не остается и следа, а разодранные в клочья крылья вновь становятся целыми. Теперь его глаза горят яркой зеленью, насыщенного, почти не существующего оттенка.
Болтов же, замахнувшись когтями, целится в мое горло, и я не вижу, что происходит дальше.
Я падаю назад, не заботясь о том, куда и как могу приземлиться, лишь бы только уклониться от атаки. Но Болтов силен и двигается быстро, как все фейри. Когда первый удар не достигает цели, он резко разворачивается и вновь бросается на меня, уже лежащую на полу. Я откатываюсь в сторону, поражаясь тому, что второй раз смогла избегнуть его когтей. А когда поднимаю глаза, понимаю, в чем дело.
Дэвиен, от которого все еще исходит свет, крепко держит Болтова за запястье. В зале царит хаос. Часть гостей бросается к выходу, другие отходят в сторону и наливают себе еще вина, чтобы поглазеть на обещанное развлечение.
– За одну попытку прикоснуться к ней я приговариваю тебя к смерти, – рычит Дэвиен, тогда как Болтов тщетно пытается вырваться из его захвата.
Тем временем из всех углов зала к нам приближаются верные слуги узурпатора.
– Дэвиен, потрошители! – предупреждаю я.
Он бросает взгляд через плечо, чтобы оценить угрозу, и свободной рукой срывает стеклянную корону с головы Болтова. Тот начинает кричать. Корона отрывается от его чела с жутким треском, вместе с кусками плоти, все еще липнущими к ободку, как будто ее приклеили к голове. Не скрывая удивления и отвращения, Дэвиен с неестественной силой швыряет Болтова обратно на помост. Тот ударяется головой о камень, оставляя кровавый след, и медленно закрывает затуманенные глаза. Теперь, лишившись короны, он выглядит маленьким и хрупким.
