– Пойми меня, девочка, – смягчился наставник, – все эти молитвы, обряды, подношения… лишь выдумка от человеческого бессилия! В глубине души большая часть из нас давно не верит в богов, слепо повторяя то, что делали их родители, а до них – их родители. Твой лорд полагается на божественные силы, но что, если он не прав? Вдруг ты проведешь обряд, а его дитя окажется мертворожденным? Или не родится вовсе? Кто будет за это отвечать?
Иона сжала руки в кулаки.
– Простите, целитель, но вас там не было. Вы не видели того, что видела я. В любом случае, – она резко встала с лавки, – без меня у Дея нет ни единого шанса. Мы с вами перепробовали все, и даже больше. Боюсь, это последний шанс для моего брата. Магия или нет, неважно. Если он останется жив и здоров…
– Хоть раз подумай о себе, Иона! – Голос Тревора звучал глухо и обреченно. – Хоть раз подумай о себе, прежде чем о ком-то еще.
– Со мной все будет в порядке, – пообещала она и, поддавшись порыву, обняла наставника.
– Прошу, просто будь осторожна. Никому не доверяй, думай только своей головой. И возьми это, на всякий случай. – Он протянул Ионе сумку, полную лекарств, с которой она обычно навещала больных.
– Но зачем, целитель? В замке полно лекарств…
– Возьми-возьми, так мне будет спокойнее.
– Придержите для меня место за прилавком. – Она привычным движением повесила сумку на плечо. – Я вернусь через одну луну, обещаю.
– Конечно, девочка. Я буду ждать.
Наблюдая за тем, как она уходит, целитель Тревор осознал: он придержит для нее место не только за прилавком, но и в своем сердце.
Уже спустя пару часов Иона поняла, что Тристана приставили к ней не просто в качестве защитника, а скорее полноценного надзирателя. Куда бы ни направлялась, будь то общие залы, коридоры замка или трапезная, страж с каменным лицом безмолвной тенью следовал за ней. Даже в долгожданном одиночестве собственной комнаты Ионе мерещился тяжелый взгляд его карих глаз, заставляющий кожу между лопатками гореть огнем.
– Иона, смотри, это же настоящая груша! – Зато Дей в полной мере наслаждался великолепным ужином, который принесли в их комнату. – Попробуй, ну же!
Она кивнула, с улыбкой наблюдая за братом. Уже после первого визита к Дермонту его кашель стал гораздо мягче, а теплая ванна и сочное мясо вернули на лицо румянец. В который раз за сегодняшний день Иона убедилась, что поступила правильно, согласившись на предложение лорда.
Когда с ужином было покончено, Иона потушила свечу и забралась в кровать. Тепло Дея, который прижался к ее боку, дарило спокойствие. Она уже закрыла глаза, когда царящую в комнате тишину нарушил тихий голос:
– Иона, – Дей задумчиво уставился в потолок, – а Вейлин сделал что-то плохое?
Вопрос брата застал ее врасплох. Иона осторожно повернулась к нему и произнесла:
– Откуда ты это знаешь?
– Я сегодня слышал, как стражники о нем шептались. Говорили, будто он чудовище. А еще…
– Что еще? – нервно сглотнув, прошептала Иона.
– Они сожалели, что он не подох. – Дей повернул голову и посмотрел ей в глаза. – Иона, это ведь все неправда, да? Наверное, я что-то перепутал.
– Боюсь, все так и есть. – Прикрыв веки, она воскресила в памяти образ ужасного волка. – Вейлин обманул нас, притворившись нашим другом.
– Я думаю, это неправда.
– С чего ты решил? – удивилась Иона.
– В ту ночь, когда ты впустила его, я не сразу заснул, – признался брат. – Я видел, как Вейлин все время проверял огонь в очаге, тихо ходил мимо тебя, стараясь не наступать на скрипучие половицы. А еще, – в темноте было видно, как Дей покраснел на этом моменте, – он ню… нюхал твои волосы. И гладил тебя по голове. Как будто он, знаешь, защищал тебя. Не могу даже представить, что этот Вейлин заслуживает смерти, Иона.
Сев на постели, она с удивлением слушала серьезные рассуждения своего маленького брата. И когда он успел так вырасти?
– Почему ты мне не рассказал? – прошептала Иона.
– Честно признаться, я забыл. И вспомнил лишь сегодня, когда услышал разговор стражников. Мне кажется, он попал в беду, Иона.
– Он напал на людей прямо у меня на глазах.
– Но тебя он не тронул, верно? – догадался Дей. – На тебе нет ран.
– Нас это больше не касается, Дей. Спи, – велела она и повернулась к брату спиной.
– Но…
– Спи. Или я попрошу утром накормить тебя крупяной кашей.
Угроза подействовала, и брат замолчал, а вскоре и вовсе уснул. Однако его слова о Вейлине прочно засели в голове Ионы.
– Иона! Иона, где ты?
Голос издалека настойчиво звал ее, и она шла, словно ведомая невидимой силой. Брела по лесу, продираясь сквозь колючие ветки и кустарник. Ноги и руки сводило от холода. Больше всего на свете хотелось остановиться, но голос звал, и она не могла противиться.
– Иона? Прошу, приди, Иона!
Наконец чаща расступилась, и она вышла к бурлящей реке. Там, посреди водного потока, по колено в воде стоял Вейлин и протягивал к ней руки. Именно его голос все это время так отчаянно звал ее.
– Иона… ты здесь.
– Вейлин? – Иона подошла к берегу и с опаской осмотрела его.
– Прошу, дай мне руку. – Вейлин с мольбой в глазах уставился на нее. – Быстрее, пока он не пришел.
