– Порой я чувствую себя Айрис из той песни о мальве, – продолжила она, словно их беседа и не прерывалась. – Я все пытаюсь что-то посадить, взрастить, ухаживать за чем-то рядом со своим холодным серым домом. Только вот мой муж… кажется, он уже никогда не вернется из далекого моря. – Она горько усмехнулась.
Иона промолчала, поскольку оказалась не готова к подобной откровенности от леди Кхиры.
– Надеюсь, с рождением ребенка вы обретете покой, госпожа, – поклонилась ей Иона.
– Я тоже на это надеюсь, – вздохнула Кхира. – На самом деле я пришла поблагодарить тебя. За то, что ты согласилась… нам помочь. Это смелый поступок.
– Благодаря щедрости лорда Кайдена мой брат будет жить. – Иона перевела взгляд на башню, где находились покои целителя Дермонта. – Пара молитв и порез на ладони – несравнимая цена за такую помощь.
– Да-да, конечно, – поспешно согласилась леди Кхира и улыбнулась. – Пара молитв и немного крови.
Беседа исчерпала себя, а время, отведенное на лечение Дея, близилось к концу. С тяжелой корзиной в руках Иона немного неуклюже поклонилась, прощаясь с неожиданной собеседницей.
– Прошу, не рассказывай лорду о нашем разговоре, – напоследок попросила Кхира. – Он не любит, когда что-то происходит без его ведома. Особенно сейчас.
Иона сочла просьбу странной, но кивнула. Провожая ее удаляющуюся фигуру взглядом, леди Кхира подняла с земли выпавший из корзинки лист мальвы и отрешенно покрутила его в руках, обдумывая две вещи. Первая – их новая гостья даже не догадывалась, на какую судьбу согласилась. Вторая – если она все же хочет стать матерью, не стоит полагаться только на добрую волю Ионы. В этот раз ее ребенок должен выжить. И она сделает для этого что угодно.
Ближе к вечеру, когда они с Деем вернулись в свои покои, в дверь постучали. Тихо вошла служанка и протянула Ионе платье, в котором она была на празднике, – чистое и с заштопанным рукавом.
– Благодарю вас, – произнесла Иона, и служанка, молча поклонившись, покинула комнату.
Едва Иона взяла в руки наряд, как услышала звон в потайном кармане. Монеты! Удивившись тому, что слуги их не тронули, она запустила руку в подклад. Так и есть, три золотых приятно холодили ладонь, напоминая о том, как они у нее появились.
Мысли о Вейлине не отпускали ее весь день. Вдруг он действительно попал в беду? Хотел ли он становиться тем чудовищем? Или это произошло из-за обряда? По ее вине?
Иона сжала монеты в руках, воскрешая в памяти озорную улыбку, заигравшую на его лице после удачной кражи. Заслуживал ли он гнить в клетке? Разрываясь от противоречий в душе, она тяжело вздохнула. Так жаль, что им больше не удалось поговорить в тот злополучный вечер.
Иона встряхнула платье, намереваясь убрать в сундук возле кровати, как из него на пол выпал незамеченный ею сначала неаккуратно оторванный клочок бумаги. Иона подняла его и осмотрела. На обратной стороне корявыми буквами было нацарапано:
Иона сжала записку в руке. Что делать? Первым порывом было позвать Тристана или еще кого-то из стражников, но она быстро взяла себя в руки. Если бы неизвестный автор на самом деле желал ей зла, то ни за что не стал бы предупреждать о своем визите заранее.
Вплоть до наступления ночи Иона сомневалась в правильности своих действий. Лежа рядом с тихо посапывающим братом, она таращилась в темноту и старалась даже не моргать. Рука под одеялом крепко сжимала рукоять ножа, украденного со стола за ужином. Какое-никакое, но оружие. Если что-то пойдет не так, она всегда сумеет защититься и позвать на помощь.
Спустя час Иона поняла, что начинает засыпать. Бессонные ночи накануне давали о себе знать, и она встала с кровати, намереваясь отогнать сон холодным ночным воздухом. Но едва подошла к окну, в темноте раздался тихий скрипучий голос:
– Ты поможешь ему, девочка?
– Кто здесь? Покажись! – прошептала Иона, выставляя руку с ножом вперед.
Из темноты вышла та самая женщина, что вчера так сильно ее напугала. В свете луны Иона рассмотрела спутанные черные волосы, посеребренные сединой. Россыпь глубоких морщин исказила лицо ночной гостьи, давно утратившее черты былой красоты. То, что Иона изначально приняла за погребальный саван, оказалось обычной, хотя и немного грязной, ночной сорочкой.
– Не кричи, девочка, – женщина говорила с ней, но смотрела куда-то в сторону, – а не то Мертвый придет.
– Кто вы такая? Что вам от меня нужно? – понизив голос, спросила Иона, но нож не убрала.
– Ты – хозяйка волка. – Протянув руку, женщина продемонстрировала ей квадратный медальон со сложным узором и россыпью узелков на шнурке. – Помоги ему, а не то он умрет в своей клетке.
– Вы говорите о Вейлине? – догадалась Иона, узнав медальон.
Женщина резко приблизилась, отчего острое лезвие поднятого ножа уперлось ей прямо в грудь. Однако она как будто этого не заметила, гневно прошипев:
– Имя это от Тени. Тот человек украл его.
Ионе ее слова показались абсолютной бессмыслицей.
Женщина замерла, прислушиваясь к происходящему в коридоре. Потом кивнула сама себе и вновь повернулась к Ионе:
