Вейлин резко замер. Медленно повернул голову к Ионе и прошептал:
– Повтори еще раз. Имя.
– Лорд Кайден…
Услышав ответ, он резко схватился за голову. Вейлин старался сдерживать крики, но производимый им шум был слишком громким. На лестнице в конце коридора послышались шаги, отчего Иона в панике вскочила.
– Живо в соседнюю камеру, – прошептал Вейлин, сжимая зубы от накатившей боли. – Заройся в солому и не двигайся.
Последовав совету, она прижалась к полу, накрылась соломой и замерла. Звук шагов приблизился.
– Я ж говорю, точно слышал тут что-то…
Охранники прошли мимо камеры, где пряталась Иона.
– Да показалось тебе все…
Остановившись возле решетки Вейлина, они резко замолчали.
– Лорда! – прокричал первый охранник. – Зовите лорда! Пленник очнулся!
Спустя четверть часа Кайден в сопровождении стражи спустился вниз по ступеням. За ними с настороженным видом следовал Атти. К тому моменту, как они прибыли в темницу, головная боль утихла, и Вейлин сидел у стены камеры, хмурым взглядом исподлобья рассматривая молодого лорда и его свиту.
– Наконец-то очнулся. – Помня о недавнем нападении, Кайден держался от прутьев решетки на расстоянии пары шагов. – Кто ты такой? Как тут оказался?
– Какой важный гость пожаловал в мою скромную обитель, – насмешливо произнес Вейлин. – Простите, мой лорд, не смогу вам поклониться и вылизать ботинки. Похоже, ваши друзья немного перестарались с приветствием. – Он жестом указал на раненую ногу.
– Да как ты смеешь так разговаривать с господином! – взвился один из стражников, ударяя мечом по решетке. Та в ответ жалобно загудела.
Стоявший позади Атти в изумлении поднял брови. Опытный ликан старался не показывать, но он опасался нового пленника. Еще ни одному из них не удавалось превратиться полностью и сохранить рассудок. Быть может, и этот беловолосый парень сошел с ума? Другого объяснения его поведению в разговоре с господином Атти не видел. А еще этот знакомый запах, что щекотал ноздри с самого их прибытия…
– Тихо! – Голос Кайдена выдал плохо скрываемую ярость. – Кажется, у нас тут завелся шутник. Посмотрим, как ты заговоришь с парой серебряных стрел в боку.
– Серебро? – прошипел Вейлин и попробовал подняться на ноги. С третьей попытки ему это удалось. – Так вот почему мои раны совсем не заживают… А ты неплох, лорд. Только вот я больше люблю золото. Благороднее смотрится.
Их разговор слушала затаившаяся в соседней камере Иона. Солома кололась и пахла просто ужасно, отчего она старалась неглубоко дышать. Проклиная Вейлина за дерзкий язык, она вдруг уловила движение рядом со своей левой ногой. Нечто мягкое и теплое ползло вдоль ее оголенной конечности, впиваясь маленькими когтями в кожу. Изо всех сил сжав губы, Иона подавила желание закричать.
– Принесите мне лук, – велел Кайден.
Буквально через минуту он держал в руках лук и колчан со стрелами. Посеребренные наконечники сверкали в свете факелов, не предвещая ничего хорошего.
– Предлагаю нам начать все сначала. – Кайден поднял лук, проверяя натяжение тетивы. – Я задаю вопрос, а ты отвечаешь. Все просто, правда? Но есть подвох, – он хищно улыбнулся, – за каждую дерзость я буду выпускать в тебя по серебряной стреле. У тебя, – заглянув в колчан, он пересчитал стрелы, – четыре попытки. Советую хорошенько обдумать свои слова, волк.
– Не глупи, парень, – впервые подал голос Атти. – Отвечай, если хочешь жить.
– Послушай моего доброго друга, Вейлин. – Кайден вложил первую стрелу. – Итак, кто ты такой? И как попал в мой замок?
– Боюсь, это сразу два вопроса, мой лорд. – Вейлин склонил голову набок, изображая задумчивость. Его глаза опасно сверкнули красным, пока он не спеша подходил к прутьям. – Но на ваше счастье, на оба у меня имеется один ответ.
И тут Вейлин смачно плюнул смесью крови и слюны прямо в лорда. Тот от неожиданности отпустил тетиву. Серебряная стрела просвистела рядом с рукой Вейлина, оставив на плече неглубокую рану и заставив его зашипеть от боли.
– Да как ты!.. – в ярости вскричал Кайден.
Вторая стрела оказалась точнее и попала Вейлину в плечо. Он застонал и что-то пробормотал себе под нос.
– Что ты там бормочешь? – Осмелев от вида ослабленного пленника, один из стражников подошел слишком близко к решетке и тут же поплатился. С огромной скоростью Вейлин вскочил с пола, подбежал к прутьям и, высунув руку, свернул бедолаге шею.
Вейлин опустил руку и, слегка пошатываясь, вновь отошел в глубину клетки. Там он резко выдернул из плеча серебряную стрелу.
– Я говорю, чтобы ты убрал свои детские иголки. Щекотно.
После еще двух выстрелов Кайден понял, что боль не заставит Вейлина говорить. Тогда он решил сменить тактику:
– Сдается мне, наш друг ничего нам не скажет, Атти. – Он скрестил руки на груди. – Придется поспрашивать… Иону. Думаю, она будет гораздо сговорчивее.
Услышав свое имя, Иона тихо вздохнула. Этот звук, неслышный для обычного человека, привлек внимание Атти и не остался незамеченным для самого Вейлина. Лихорадочно соображая, он произнес:
– Не думал, что ты опустишься до такого, Кай… отец был бы разочарован.
