Танец со Зверем полностью

– У нас мало времени, поэтому отвечай: кто ты такой? И опасен ли для меня? – Прежде чем он успел открыть рот, Иона добавила: – Учти, в конце ответа я проверю твои слова. Если соврешь, прикажу тебе снова заснуть. А я уйду и больше не вернусь. Не знаю, как оно работает, – она потрясла рукой с меткой в воздухе, – но пока что ни разу не подводило.

– А ты жестокая. – Вейлин откинул голову, опираясь на стену.

– И это говорит мне тот, кто превратился в огромного кровожадного волка и напал на кучу людей?

– В ликана.

– Что? – непонимающе нахмурилась она.

– Ликаны, – задумчиво протянул Вейлин, как будто вспоминал, – это проклятые люди с душами волков. Мы сильнее, быстрее, выносливее людей. Лишь одного у нас нет – свободы.

– Мы? – уточнила Иона.

– Все те люди, в нападении на которых ты меня обвинила… они тоже ликаны.

В неверии она воскресила в памяти образы мужчин, которые стояли вокруг круглого стола в зале Белого дуба. Выглядели они обычными людьми. Неужели все они были… ликанами? Волками?

– …и нет, для тебя я не опасен. Клянусь, – ответил Вейлин на ее второй вопрос.

Где-то в глубине души Иона чувствовала, что он не врет. Да и, в случае чего, между ними была чугунная решетка.

– Это странно, – задумчиво произнес Вейлин, проводя кончиками пальцев по тонкой черной полосе на шее, оставшейся на его коже после обряда.

– Здесь все странно, – тихо отозвалась Иона. – Какую именно из дюжины странностей ты имеешь в виду?

– Все, что рассказал тебе сейчас… я не знаю, откуда мне это известно. Я будто блуждаю в тумане, изредка натыкаясь на обрывки воспоминаний.

Иона вздохнула, устроилась поудобнее возле прутьев и подтащила к себе сумку с лекарствами.

– Подвинься сюда. За что тебя так избили? И кто?

Стараясь не тревожить руку, Вейлин сел спиной и позволил ей осмотреть повреждения.

– Откуда ж мне знать? Я очнулся, только когда ты повелела.

Иона достала моток чистой ткани и отрезала часть ножом. Привычными движениями она смочила бинт зеленоватой жидкостью из одной из склянок и прикоснулась к краям самой большой раны. Вейлин зашипел, но не отстранился.

– Что произошло в зале вчерашней ночью?

– Последнее, что я хорошо помню, – как на меня попала твоя кровь. Предполагаю, что после этого я обратился. Предупреждая твой вопрос, – произнес он, когда Иона открыла рот, чтобы расспросить, – нет, я не знал, что я ликан и что произойдет. Начал вспоминать уже после обращения.

– Зачем ты напал?

– Я не нападал. В волчьей форме я как будто заснул, а потому не мог контролировать его действия. Я все еще был где-то там, на задворках сознания. Но все, что произошло, сотворил Зверь.

– Ты словно Бугул-Ноз?[6] Мама рассказывала мне о них.

– Эй! Только что ты невероятно ранила мою самооценку. Я привык считать себя красивым.

В ответ на его шутку Иона сильнее надавила на бинт, и Вейлин охнул.

Закончив со спиной, Иона велела ему вытянуть руку.

– Как это работает? – Она подняла руку с красной меткой на свет. – Почему я могу тебе приказывать?

– Помнишь, я говорил, что ликаны не свободны? – Дождавшись ее кивка, Вейлин продолжил: – Среди моих воспоминаний есть одна легенда. Правдива она или нет, понятия не имею.

Иона вздохнула, не прерывая своего занятия. Неделю назад, услышав от кого-то слова о старых сказках, она развернулась бы и ушла. Но теперь, когда перед ней сидело живое подтверждение существования магии, Иона лишь кивнула, тем самым показывая, что слушает.

– В легенде говорилось о том, что предки ликанов, когда еще были настоящими волками, мучаясь от голода и холода, напали на женщину, которая молилась богам в священной роще. Боги разгневались и в наказание прокляли нашу кровь. С тех пор ликаны обязаны всегда быть рядом с потомками той женщины, а некоторые из них становятся защитниками для детей ее рода. Рода, который с тех пор находится у власти.

– Но я не из знати, Вейлин. Я родилась в деревне.

Он резко повернулся к Ионе и внимательно на нее посмотрел.

– Это странно, но… в любом случае, – он прислонился лбом к прутьям клетки, – похоже, кто-то провел обряд, и отныне мы с тобой связаны. Я теперь твой защитник. Виллем, как их еще называют.

– Мой… виллем. – Иона произнесла слово вслух, словно в попытке осознать его значение.

– Твоя воля отныне определяет мой путь, Иона. – Вейлин неотрывно смотрел ей в глаза. – Скажешь сражаться, и я кинусь в бой. Скажешь молчать, и я не произнесу ни слова. А скажешь умереть…

Лицо Вейлина находилось так близко, что она могла видеть, как радужка его глаз с каждым сказанным словом превращается из серой в золотистую. Впервые с момента знакомства он был настолько серьезен. Иона почувствовала, как ее сердце забилось где-то возле горла, а к щекам прилила кровь.

– Хватит! – перебила она. – Не произноси таких ужасных слов!

– Как пожелаете, госпожа. – Вейлин буквально за секунду вернулся к шутливой манере общения, а Иона вновь поморщилась от этого обращения.

Еще сотня вопросов роилась у нее в голове, но с губ сорвался лишь один:

– Лорд Кайден считает тебя чудовищем, Вейлин. В любой момент он может отдать приказ, и его солдаты… Что же делать?